Турист Елена Бутько (Elena_But_ko)
Елена Бутько
была 1 декабря 2016 20:18

Пигмеи леса Итури

Уганда Февраль 2014
0 19
3
Пигмеи леса Итури

Утро в угандийской деревне начинается так же, как начинается оно у миллионов жителей сел на всем земном шаре. Женщины разжигают очаги, варят, готовят, пекут. Тянет дымком и теплым запахом человеческого жилья.

Люди едят, отправляются на работу. По мокрой от росы траве они идут на поля, прихватив примитивные орудия труда. Здесь часто видишь даже не мотыгу — простой заточенный сук, которым крестьяне взрыхляют землю. Идут строители, дорожники с лопатами и тачками, похожими на большие деревянные совки, торопятся школьники. Ненадолго задерживаемся в Хойме.

Хойма — это горстка домов. Полиция, магазины, лавки кустарей. Хойма не похожа на город. В Уганде вообще очень мало городов. Большинство населения связано со своими участками земли. На улицах Хоймы стройные, словно выточенные из полированного черного дерева, люди. Очень красивые женщины. Горделивые, царственные походки.

3
Пигмеи леса Итури

Вскоре начались тропические леса. Они то подступали вплотную к дороге, то отходили на холмы. Изредка встречались бедно одетые жители с грузами на головах. Они отходили к обочине, пропуская машину, не удостаивая ее даже взглядом. Бросались в глаза их обособленность и замкнутая суровость.

Возле шлагбаума остановка, здесь полицейский пункт. Из-под навеса поднялся чиновник в фетровой шляпе с заломленными полями. Он направился к нашей машине. По пути он подкрутил стоящий на земле транзистор. Извергавшийся из него поток хаотических звуков стал тише. Но зато я услышала дробь барабана, несущуюся из леса. В такт звукам сильный гортанный голос тянул мотив, переходивший в речитатив. Голос повторял одни и те же слова, иногда замолкал, и тогда барабан казался тревожным.

Чиновник равнодушно просмотрел документы, отбросил ногой валявшуюся у машины убитую змейку, прислушался, что-то крикнул, обращаясь к лесу, и возвратился к себе под навес, где на козлах лежал второй офицер.

Мы проскочили несколько километров. Лес начал редеть, перемежаясь лугами. И тут впервые нам встретились стадо анкольских коров. Маленький темноликий пастушок гнал сытых животных с толстыми полутораметровыми в размахе рогами. Коровы пощипывали зеленую сочную траву, время от времени поднимая от земли свои головы с угрожающими рогами.

3
Пигмеи леса Итури

Эти районы населены скотоводческими племенами. Стада пасутся по склонам гор. Мы проезжаем мимо селений, возле которых стоят многоэтажные рамы с растянутыми на них коровьими шкурами. Ветер бьет в шкуры, и они гудят, и они гудят, как барабаны. Жители этих районов занимаются выделкой кож и достигли большого мастерства. Шкуры анкольских коров пользуются спросом на европейском рынке. Особенно ценят их в Италии, где их выделывают и изготавливают из них меха и обувь.

Далее мы отправились на запад по тем же долинам и холмам, поросшим тропическим лесом. Усилилось ощущение отдаленности, глубины. Мы забрались куда-то очень далеко. Еще совсем недавно в эти места можно было попасть только пешком, пробираясь по тропам. Путь был труден — болота, заросли трав, дремучие джунгли. Даже сам воздух кажется здесь иным, прозрачность и легкость его необычны. Все нетронутое, величественное и первобытно-простое.

2
Пигмеи леса Итури

На одном из холмов я вижу деревню. Неподалеку от поселения дым. Там выжигают участок под плантацию или пашню… Хлеба начали сеять в Уганде давно. Англичане были приятно удивлены, обнаружив, что местная пшеница превосходит по качеству европейскую. Хлеб в Уганде действительно очень вкусен. Он напоминает мне наш пышный сибирский пшеничный хлеб.

Мы берем с собой «сухой паек». В обеденные часы на нашем пути не будет ни одного ресторана. А когда приедем в Порт-Фортал, обед уже закончится. В Уганде, как в Англии, строгий регламент жизни. Завтрак от девяти до десяти, обед с половины второго до трех. Однажды мы опоздали к ужину. Пришлось терпеть до утра.

В Форт-Портал мы приехали до обеда, и наш водитель Дэвид сразу ушел в полицию для переговоров о нашей поездке к пигмеям. Район, через который проходит дорога к лесу Итури, тоже считается неспокойным. Полиция неохотно выдавала пропуска на проезд через эту территорию.

Форт-Портал — своеобразный город. Раскинулся он у подножья массива Рувензори. При въезде изумрудные газоны, исполинские филодендроны, акации, можжевельники, цветники. Вдали величаво стоят Лунные горы — так Птолемей назвал массив Рувензори. Был ли он здесь, великий географ древности, или горы — его гениальное предвидение? Теперь через Лунные горы проходит дорога, соединяющая Уганду и Конго.

Рувензори — по высоте третьи в Восточной Африке горы после Килиманджаро и Кении. Высшая их точка — пик Маргерита — более 5 км высоты. На горных склонах прекрасные пастбища, здесь сильно развито животноводство и земледелие.

8
Пигмеи леса Итури

В джунглях на склонах гор обитают многие дикие животные и район Рувензори объявлен заповедником: здесь уникальный Национальный парк с лабиринтом из 87 естественных вулканических кратеров и красивейших озер.

Дэвид застрял в полицейском управлении, и мы пребывали в тревожном ожидании. В самом деле, приехать с другого конца земли и возвращаться, не побывав у пигмеев, — обидно. В Форт-Портале было безлюдно. Изредка по аллее проносилась машина. На автобусной станции под навесом сидели несколько человек, пришедших с гор и из темных лесных глубин. Лес наложил на них отпечаток — замкнутость, отчужденность, бедное одеяние.

Мы бродили по улицам, спускались в овраг, собирали малину. Крупные, спелые ягоды были сладки, но без запаха и казались невкусными.

Когда уже совсем потеряли надежду, появился Дэвид. Он нес в руке несколько белых листков, слегка помахивая ими в воздухе. Это были разрешения.

Теперь мы ехали все время вверх. Вскоре дорога зазмеилась по склонам высоких зеленых гор с ровными закругленными вершинами. Это были отроги Рувензори — знаменитые Лунные горы — детище Птолемея. Они были открыты европейцами только в 19 в. Через горы проложена дорога. Она идет по средней части гор и кажется приклеенной к плавным округлостям их боков, то круто спускаясь вниз, то начиная судорожно петлять и путаться в бесконечно чередующихся вершинах. В ущельях, в синеющей глубине, заплатами зеленеют банановые рощи и рощицы. Рядом стоят одинокие домики. Такие же домики лепятся по склонам зеленых гор. Это жилища баконджо — горного племени.

Горы внезапно кончились. Мы еще были где-то вверху, а впереди расстилалось обширное буро-зеленое плато, поросшее лесом. Это был Великий африканский грабен — дно разлома земной коры. Из расщелин били горячие гейзеры, окруженные плотными клубами пара. По долине змеилась река Семлики. Там, за рекой, простиралась территория Конго. Семлики проходила по ее границе.

1
Пигмеи леса Итури

Мы начали медленный, осторожный спуск, и вскоре вершины деревьев первобытного леса сомкнулись над нами, образуя зеленый коридор. Деревья были так велики, что машина казалась букашкой у подножья этих зеленых великанов.

Деревья, оплетенные лианами, обросшие целыми колониями белых, сиреневых, розовых орхидей устремлялись вверх, как готические храмы. В ветвях пронзительно выкрикивали попугаи, прыгали черно-белые обезьяны колобус с длинными, заканчивающимися белыми кисточками хвостами. Летали яркие птицы. Где-то в чащах бродили слоны, леопарды, окапи — диковинные звери, в существовании которых сомневались до недавнего времени.

7
Пигмеи леса Итури

Солнце почти не проникало сквозь ветви. Внизу царил зеленоватый сумрак, и в этом сумраке шла тайная жизнь великого леса. Было влажно и зябко. Все напряженно ждали предстоящей встречи. Смолкли наши обычные шутки и разговоры — мы вглядывались в тропические чащи, подавленные величием исполинских деревьев, гигантских папортников, филодендронов с метровыми листьями. Все это было опутано лианами. Они висели, ползли по стволам, оплетали ветки. Они казались живыми и хитрыми, как змеи, ядовитые мамбы.

1
Пигмеи леса Итури

Но вот деревья немного раздвинулись, на поляне мы увидели жилища лесной деревушки. От них бежали к машине ее жители — сильные, кряжистые африканцы. У камышового навеса я заметила одного из жителей деревни. Он стоял с натянутым луком. Увидев Дэвида, он опустил лук и исчез под навесом. Вернулся он со шкурой колобуса.

3
Пигмеи леса Итури

Шкуры колобусов и питонов были и у других обитателей леса, и они наперебой предлагали их нам. От этих лесных жителей Дэвид узнал, что живущие неподалеку маленькие люди — пигмеи ушли на похороны своего сородича в Конго. Это совсем недалеко, три километра. Могли бы уже вернуться, но, вероятно, ждут совершения погребального ритуала.

Трудно представить наше огорчение. С такми трудом нам дали разрешение. Так неужели поездка напрасна?!

— Нет, здесь осталось несколько человек, но нужно узнать, захотят ли они с вами встречаться, — сказал африканец, с которым Дэвид вел переговоры.

Никто не знает, откуда берет начало обычай пигмеев селиться вблизи высокорослых лесных племен. Возможно, пигмеи искали защиты у своих собратьев. Известно доподлинно лишь одно: маленькие люди большого леса никогда не покидают его пределов. Поселившись возле какого-нибудь лесного племени, пигмеи прибегают к его посредничеству. Пигмеи отдают своим покровителям звериные шкуры, слоновую кость, кустарные изделия, и те относят их в город, торгуют, взамен покупая пигмеям табак и соль и другие необходимые им вещи.

4
Пигмеи леса Итури

Люди, которых мы встретили в лесу Итури, видимо, и принадлежали к племени-покровителю.

Мы проехали вперед по дороге и потом вернулись обратно. В том месте, где мы встретили лесных людей, теперь нас ожидали три маленькие старые женщины. Две были в ситцевых платьях, одна обмотана куском изношенной ткани, едва прикрывавшей наготу. Рядом толпились покровители пигмеев.

По установившемуся обычаю мы вручили пигмеям подарки, в числе которых была и известная русская матрешка. Женщина, которой я дала деревянную куклу, боязливо посмотрела на нее, протянула было руку, но тотчас же отдернула ее, боясь прикоснуться к неизвестной игрушке. Я разняла половинки. Еще и еще. Затем собрала матрешку. Женщина засмеялась и взяла ее, прижав к груди.

По лесной тропе мы пошли к поселению пигмеев. Тропу обступали зеленые заросли. Причудливые растения заслоняли наш путь. Отовсюду неслись щебетанье и пересвисты, уханье, кряканье, крики животных. Лес был полон веселых звуков, в которые успокаювающим рефреном вплетался далекий звук сигнального барабана.

Тропинка вывела на лужайку, где стояли три камышовых домика с шатрами крыш. Здесь состоялась церемония знакомства. От одного из жилищ отошел мужчина-пигмей. Он был маленький, значительно ниже полутора метров, но пропорционально сложен, его рост казался естественным, как, впрочем, и рост находившихся на лужайке детей и взрослых.

4
Пигмеи леса Итури

Не все пигмеи ушли на похороны. Дома остались вождь клана, несколько женщин, девушки, дети, старухи. Опираясь на палку, из домика вышел старик в перекинутом через плечо куске ткани. Он был худ и хром. Из-под ткани выпирал огромный живот. И у других были вздутые животы. Говорят что это от хронической болезни печени и от режима питания, зависящего целиком от охоты. Удачная охота — едят до отвала. А иногда приходится голодать, пробавляться кореньями, плодами, которых в Итури великое множество.

Вождь клана поинтересовался, зачем приехали музумга — белые люди, сами пигмеи были коричневокожие. Внимательно выслушав ответ, он еще раз выразил сожаление, что большинство людей находится в Конго.

4
Пигмеи леса Итури

Все последующее было просто: мы стали знакомиться и объясняться с помощью жестов, ибо система перевода была чересчур громоздка: с русского на английский, затем на луганда и только потом на язык бамбутти.

— Это ваша семья? — показала я стриженой полной старухе на окружающих ее женщин и девушек.

Радостно закивав, старуха взяла меня за руку и повела к одному из домов. Я заглянула внутрь. На сене, устилающем пол, — несколько обезьяньих шкур, снятых с недавно убитых зверей и еще не просохших после выработки. На тонких лианах у потолка висели пучки кореньев и трав. Маленькие луки, колчаны со стрелами, утварь у очага — это все, что находилось в доме.

Старуха показала на свое тонкое платье, поежилась, и я поняла, что ей холодно. День был действительно прохладный, сырой. После недавно прошедшего дождя глинистая земля еще не просохла.

2
Пигмеи леса Итури

Между тем дети были совершенно раздеты. Но они как бы не чувствовали холода. Они пытливо рассматривали нас и с удовольствием ели конфеты. Один малыш наигрывал на маленьком инструменте-ящике, обтянутом змеиной шкурой, c торчащим из него изогнутым сучком и металлическими струнами, издающими тонкий, мелодичный звук. На лужайку приходили люди из лесного селения, и снова они предлагали нам шкуры колобусов, маленькие, обшитые шкурами павианов пигмейские луки и стрелы с железными наконечниками, несколько музыкальных инструментов.

Пигмеи живут охотой, но до сих пор не знают ружья. Лук, отравленная стрела, копье — вот все, с чем маленький воин выходит на промысел. А охотится он не только на птиц, питонов, вертлявых колобусов. Он вступает в поединок с африканским гигантом — слоном, драться с которым избегает и лев. Пигмеи-охотники бесшумно подкрадываются к слону, когда тот спит возле дерева или термитника. Быстрыми ударами острых копий они пересекают слону сухожилия задних ног и исчезают, прежде чем ревущий от боли слон начинает все крушить и ломать, сотрясая воздух ужасающими криками.

Слон пытается бежать на своих уже непослушных ногах, он цепляется хоботом за деревья, подтягивается, бьет ушами. В это время он разъярен, но опасен только на близком расстоянии. Пигмеи копьями вспарывают ему брюхо. Когда израненный, истекающий кровью зверь падает на землю, добивают его точными ударами копий. Однако нужно и тут соблюдать осторожность. Старик — как сказал проводник — пострадал на охоте. Тогда он был молодым. Он подкрался к слону, вонзил в него копье и немного замешкался. Удар хобота был не силен, раненый слон издыхал. Однако с тех пор в серьезной охоте пигмей не участвовал. Он остался калекой. Когда это было? Он не знает. Никто здесь не знает ни возраста своего, ни забот, тревожащих мир. Безвременье. Сумрак леса…

6
Пигмеи леса Итури

Мы пробыли у пигмеев несколько часов. Фотографировали, смотрели, как мальчики стреляют из луков. Заглянув в одну из хижин, я увидела там девочку, играющую с матрешкой. Она прижимала ее к лицу, смотрела на игрушку с неистовым восторгом. Заметив меня, она спрятала куклу и вышла из дома, присоединившись к сородичам.

4
Пигмеи леса Итури

Мы снова ехали через лунные горы, увозя с собой сувениры леса Итури. В моей сумке лежала шкура обезьяны колобус, убитая пигмеем незадолго до нашего приезда. Сейчас эта шкура висит передо мной, напоминая о маленьких обитателях реликтового леса, которые многие века ведут свою неприхотливую жизнь, охотятся, кочуют, растят детей, упорно скрываясь от цивилизованного мира…

Отель, в котором мы провели ночь, назывался «Рувензори». Он стоял в нескольких километрах от Форт-Портала, на холме, с которого открывались погруженные в синюю дымку Лунные горы. Волны их уходили вдаль, сливались с небом, и казалось, что за ними простирается безбрежность.

В отеле было холодно и пусто.

1
Пигмеи леса Итури

Во дворе лежали черепа. Одни отполированные, влажно поблескивающие лобными выступами. Другой замшелый, пористый, с сеткой глубоких ячеек, изъеденный временем. Это время и пространство сливались здесь воедино в своей грандиозности и непостижимости.

Вечером Лунные горы почти невидимы. Жизнь там угадывалась по вспышкам огней. Разгорались яркие пятна костров. Издали доносились звуки, раскатистые и протяжные, сотрясавшие подернувшееся туманом пространство. Здесь было тихо. Красивая африканка продавала сувениры.

В полночь луна осветила все вокруг, туман, который только угадывался, заколыхался белым таинственным покрывалом. Картина окрестностей неузнаваемо изменилась. Горы погрузились в покой. Только кричала неведомая ночная птица и звук ее голоса, казалось, заполнял все бесконечное пространство.

3
Пигмеи леса Итури
Уганда: полезная информация
Комментарии