vodinochku
Леся Непарадная Пользователь — была 9 июля 20:24

История о покорении Авачинского вулкана или пять стадий начинающего покорителя гор

29 мая 22:09 Камчатка — Россия Июль 2016
2 6

— Я бы сам лично пошел на вулкан в такую погоду, — говорит Виталик, наш инструктор. — Вот если бы была погода как вчера, когда шел дождь, я бы не пошел, а сегодня нормально.

Это нас ужасно радует, так что наша доблестная группа, смеясь и кряхтя, выстраивается в цепочку вслед за Виталиком. Виталик — опытный альпинист, за плечами которого несколько семитысячников. Я с завистью и восторгом смотрю на его жилистое тело, с какой легкостью он идет, неся с собой рюкзак втрое больше моего: даже представить себе не могу, сколько мне нужно тренироваться, чтобы добиться такой выносливости.

Подъем по началу несложен, тропа пологая, так что идем бодро, то и дело оглядываясь по сторонам, высматривая камчатских сусликов и весело болтая. Выше и выше. Альпийский пейзаж с фиолетовыми колокольчиками постепенно остается позади, а ветер становится все сильнее. Обернувшись, мы видим, как на гору наползает туман — густой, как сгущенное молоко. Если бы дементоры существовали на самом деле, то появлялись бы они именно с таким туманом.

— Долго нам еще ползти? — тяжело переводя дыхание, спрашивает на привале веселый усатый дядька, чья жена, весьма спортивная и бодрая женщина, ни на шаг не отстающая от инструктора, ему тотчас же отвечает: — Меньше надо есть, Саша!

Виталик ухмыляется, после чего заявляет, что мы на высоте 1700 метров. А вулкан высотой в 2740.

2
2
4
3

Как бы бодро мы ни шли, но туман догоняет нас, так что теперь не видно ничего дальше десяти метров. Вместе с туманом приходит сырость, и с моих волос начинает капать вода. Мы идем уже больше двух с половиной часов.

На отметке в два километра длительный привал. Здесь группа разделится на две — тех, кто пойдет вниз, и тех, кто будет подниматься к вершине.

Смельчаков, кто собрался идти дальше, осталось восемь человек. Мы вновь выстраиваемся в цепочку и идем вперед по тропе, которая становится все круче и круче, а ноги все глубже начинают застревать в вулканическом шлаке. В тумане практически ничего не видно, однако при приближении к скалам по левую руку от тропы мы все видим старательно выведенную белой краской надпись: «Одумайся!».

Начинает лить дождь. Сопровождаемый шквальным ветром он усиливается, так что через десять минут я становлюсь мокрой с ног до головы. В ботинках противно хлюпает вода, а ведь наверх идти еще полтора часа и еще столько же вниз. На пути подтаявший снежник, так что воды в ботинках становится еще больше. В этот момент я ненавижу все: и эту тропу, и этот вулкан, и тот момент, когда мне пришло в голову поехать на Камчатку.

В стороне сквозь туман мелькают разноцветные пятнышки: группа немцев, которая опередила нас, пока мы были на привале, возвращается назад. От Виталика подобной щедрости можно не ждать, так что проклиная погоду, а заодно и его диктаторские замашки, я снова карабкаюсь вверх.

1
4
5

Чтобы отвлечься, начинаю вспоминать имена русских путешественников — Седов, Миклухо-Маклай, Беринг, Крузенштерн. Больше в голову никто не приходит. Уже на обратном пути я вспомню Пржевальского, Сенкевича и Конюхова, но сейчас список замкнулся на Крузенштерне, о котором надо бы почитать, — уж больно фамилия хорошая.

Потом начинаю мысленно перечислять столицы по алфавиту. Только дошла до Манилы, как чуть не ткнулась носом в Георгия, молодого человека из Питера, вслед за которым я постоянно шла.

— Что случилось? — спрашивает Виталик, спускаясь ниже.

— Я больше не могу идти, — еле слышно говорит Георгий. — Ноги совершенно перестали идти. Давайте я вас здесь подожду?

— Ага, конечно. Хотите здесь навсегда как на Эвересте остаться? Вы через 10 минут замерзнете, а если мы задержимся, то подумаете, что мы пошли другой тропой, решите спускаться сами, пойдете не туда и ищи вас потом три дня. А ну вперед!

Георгий неуверенно делает несколько шагов вверх. Теперь мы все подбадриваем его и помогаем идти.

— Георгий, вы сможете!

— Георгий, ведь у вас имя победителя!

— Георгий, вот зато какая у вас тренировка перед следующим годом.

— Что вы! — выдыхает Георгий — На следующий год на Сардинию, только туда!

На Сардинии, наверняка, сейчас тепло и вкусно пахнет жареной кефалью.

1
6
4

Сражаясь с дождем, шлаком и периодически останавливающимся Георгием, мы-таки добрались до последних ста метров. Здесь уклон становится еще круче, градусов в шестьдесят, но до вершины натянут трос. Мокрыми перчатками я хватаюсь за веревку и начинаю идти наверх. Шквальный ветер просто сносит, а скользкий шлак под ногами так и норовит уронить. Хочется все бросить и скатиться вниз, но перевожу дыхание и снова иду. «Вот до этого камня — и передохну. Еще несколько метров и можно перевести дух. Вот еще чуть-чуть». С уговорами и передышками, я добираюсь до вершины — в нос ударяет резкий запах серы, а от кратера поднимается теплый пар. Внизу по-прежнему туман и совершенно ничего не видно, но это не главное. Главное, что ощущение собственного героизма от восхождения в такую кошмарную погоду просто зашкаливает: чувствуешь себя чуть ли не членом экспедиции Беринга или Лаперуза, достигшей долгожданного конца путешествия.

Довольная собой как слон, иду пить горячий сладкий чай, который уже разливает Виталик.

— Это самый вкусный чай в моей жизни, — говорит еще не отдышавшийся Георгий.

Частные гиды
в Камчатке

Комментарии

denis111
18 июня 18:47
Отличный рассказ! Природа Камчатки конечно уникальна! Если Вам интересна тема восхождений, могу предложить Вам мой рассказ по истории восхождения на пятитысячник Казбек: https://www.tourister.ru/responses/id_16365
Zhenya_Lazareva
20 июня 13:53
Какая великолепная природа! Спасибо большое за рассказ))
Войдите, чтобы оставить свой комментарий.