ReginaLukashina
Регина Лукашина — была 23 сентября 2016 г. 10:34
 – Активность на Туристере замораживаю. Старые публикации оставляю читателям. Ушла на Facebook

Заповедная Москва. Зачертолье. Часть первая

30 марта 2012 г. 15:48 Москва — Россия Январь 2012
0 3

Не выбрать ли нам маршрут по старинным кварталам Москвы, чтобы, обойдя их пешком, рассмотреть то, что в суете, да из окна машины едва-едва промелькнуло перед глазами?

От Храма Христа Спасителя открывается вид на Соймоновский проезд, место примечательное.

Там стоит доходный дом, что принадлежал состоятельному инженеру-путейцу — работа архитектора Жукова. А по заказу купчихи З. А. Перцевой в 1907 году это здание художник С. В. Малютин чуть более ста лет назад благодаря технике «майолики» превратил в настоящий микрокосм языческой Руси.

Здесь и русалки, и диковинные звери, и само Ярило-солнце, и удивительные цветы, — опоэтизированный мир русской сказки.

А возле — краснокирпичный терем с бочкообразной крышей, кокошниками над окнами, флюгерами… Ничего не напоминает? Компиляцию на тему Древней Руси, очень похожую на свой дом-музей, для картинной галереи миллионера Цветкова, создал сам Васнецов. Во время Великой отечественной войны здесь была французская военная миссия, и есть мемориальная доска в честь легендарной эскадрильи Нормандия-Неман.

Дальше наш путь лежит к старинным улицам Остоженке и Пречистенке, пограничным рубежам престижной Золотой Мили элитной столичной недвижимости. А раньше район звался Зачертолье. Глянув на бульвары, постараемся угадать, где в более низком месте протекал когда-то знаменитый ручей Черторый, и говаривал люд московский, что тут «в Чертолье — чертям раздолье».

А почему? Берега были изрытыми, глинистыми, скользкими, плюс ещё освещение было в тусклые ноябрьские вечера «хоть глаз коли», вот люди и поскальзывались…

А то и падали. А вставая, отряхиваясь или охая от ушиба, постоянно поминали врага рода человеческого.

Вот отсюда и пошло название. Там, где стоит нынче восстановленный по старым чертежам главный российский православный храм, — Чертолье, а где улицы Остоженка и Пречистенка — уже Зачертолье, то есть за речкой Черторый.

Выйдя из станции метро «Кропоткинская», посмотрим направо. Там у «слияния» двух улиц — крошечный сквер, где стоит памятник Энгельсу.

Самая длинная сторона треугольника сквера — остатки краснокирпичных боярских палат XVIIвека, объединённых сенями. Необычно толстые своды и мелкие окошки, крылечко дают представление об архитектуре допетровских каменных сооружений. Жаль, что запущено это здание донельзя.

А если поднять глаза — увидим один из самых любопытных доходных домов Москвы. Памятник победы над зелёным змеем пьянства, а если точнее, доблести человека, сумевшего найти в себе решимость справиться с пагубной страстью самостоятельно. Перевёрнутую рюмочку-лафитничек велел установить там купец Филатов, владелец здания. Пил он когда-то без просыха. Но, едва не пойдя по миру, сумел взяться за ум, пить бросил, скопил из сэкономленного на спиртном деньги немалые, построил дом, а прочим выпивохам в назидание и в знак своего зарока сделал такое вот необычное украшение на крыше. Рюмку дном кверху.

Остоженка. В веке XIVвся здешняя территория принадлежала митрополиту Алексию, который был причислен к лику святых. Были здесь сенокосы, и стояли стога, или «остожки», отсюда и название самой местности. Именно митрополит основал здесь в 1360 году для своих двух сестёр Юлиании и Евпраксии первый самостоятельный женский монастырь на Москве.

1

В просторечии он назывался Стародевичьим, а по крещении — Зачатьевским, то есть в честь зачатия праведной Анной Девы Марии, будущей Богородицы.

А ещё по одному из храмов его прозвали Алексеевским, потому как освещён он был в честь небесного покровителя основателя монастыря — Алексея, человека Божьего, что, как известно, жил в Риме под лестницей, неузнанный своими домашними после долгих скитаний. Так с XIV века и пошла история одного из самых известных московских монастырей.

Фотографировать там сейчас запрещено. Вылезшему из будки «казачьему унтеру» пришлось объяснить, что отделение церкви от государства в 1918 году вовсе не означает, что он своим служебным рвением имеет право нарушать конституционные права граждан на свободу передвижения, а препятствовать законной деятельности журналиста и вовсе — уголовно наказуемое деяние. Но всё-таки ещё более на ряженого подействовали мои обещания пожаловаться в Патриархию, требование ко мне, столбовой дворянке обращаться не иначе, как «сударыня» и извиниться за то, что он нарушил моё благостное настроение. Последнее унтера, похоже, добило. Разошлись мы с ним вполне по-хорошему.

1

Пойдём дальше. На этих старинных улочках бывали люди для Отечества щедрые. Жили здесь известные помещики Хрущёвы, свою усадьбу имел и Лев Толстой, гулял здесь со товарищи «ради Бога и арака посети домишко мой» и поэт-гусар Денис Давыдов.

Но, увы, о старине напоминает не так много. Появилось понятие «новая Остоженка». Некоторые постройки вылезли за предельно установленную высоту этажности, подавляя своей наглой ново-русской мощью хрупкий исторический облик района.

Среди остатков старых московских особняков где-то посередине улицы Остоженки особое внимание привлекает причудливый замок, построенный в конце XIXвека архитектором Львом Кекушевым.

1

Когда-то здание венчала огромная скульптура льва, опирающегося на шар. Царственный зверь — фирменный знак зодчего, так «подписывающего» свои творения. Лев исчез, к сожалению, а особнячок сохранился и нынче принадлежит военному атташе Египта.

Пока фасад на реставрации, полюбоваться творчеством Кекушева можно на соседней улице Пречистенке, где ещё в 1906 году выросла по тем временам «высотка» — доходный дом И. П. Исакова. Внимательному наблюдателю не придётся долго искать львиные морды.

Дальше пойдём и окунёмся в середину позапрошлого века. С левой стороны стоит деревянная усадебка небесно-голубого цвета. Это нынче музей Тургенева, где жила его матушка, Варвара Лутовинова. Писатель частенько гостил у неё, наблюдая за бытом и жизнью крепостных дворовых. Так что «Му-му» — вполне подлинная история.

За что Герасим утопил Муму, Я не пойму, я не пойму. В каком бреду он был, в каком дыму? Ведь не к добру, не по уму. Что он за чувства чувствовал внутри, Пока она пускала пузыри?

1

Если честно, даже немножко обидно, что никому не пришло в голову поставить здесь хотя бы простенькую городскую скульптуру мужичка-дворника с дворняжкой. И у музея посетителей бы прибавилось благодаря тому, что к бронзовой Му-му не зарастала бы народная тропа, и сиял бы её начищенный перчатками и варежками нос не хуже, чем у пограничного пса на станции метро «Площадь Революции». Жаль, что такая идея не пришла в голову ни московским начальникам, ни инвесторам.

А если кому-то эта идея с бронзовым Герасимом всё-таки в голову придёт, пусть это будет не Зураб Церетели, обосновавшийся по соседству. Ведь он умудрился обеднить своим дарованием даже мою любимую львиную тему.

Буквально вторгся в хрупкий интерьер старинной улицы, как слон в посудную лавку. Но не будем о грустном. Вернёмся на Остоженку и попробуем угадать — это вот, кто? В нише здания. Аккурат напротив дома Ложковского-Всеволожского. То ли повар, то ли пекарь…

Вот ведь, капризы сбесившегося от жира барства, надо думать, и сейчас не редкость для нынешних обитателей «золотой мили» самой роскошной московской недвижимости между Остоженкой и Пречистенкой. Когда нечего более у жизни просить, жизнь кажется пыткой тем, кто окружает баловня судьбы.

Но не об этом нынче речь. Традиции селиться здесь по законам престижа соблюдаются со времён Петра Первого, когда Зачертолье облюбовала самая богатая московская аристократия, денежная и родовитая. Здесь даже располагался дворец её императорского высочества Елены Павловны. Чудом не вытесненные в наши дни агрессивным заселением новых русских, чудо как хороши городские усадьбы.

Огромный каменный особняк Петра Дмитриевича Еропкина — гордость Москвы. Владелец его, генерал-губернатор столицы, вступил в свою должность в почтенные 62 года. Человеком был на редкость скромным: не только не захотел переехать на Тверскую, но и отказывался от положенных ему по должности представительских денег. При этом Еропкин хозяином был хлебосольным на редкость даже по московским меркам, «держал открытый стол» — любой прилично одетый человек мог прийти к нему на обед незваным и славно угоститься. За три с половиной года губернаторства Еропкина в столице было свершено немало «славных дел». Берега Москвы-реки из топких грязных заводей превратились в «прилично одетые» в гранит набережные.

Началось обновление старинного Большого Каменного моста, знаменитый зодчий Матвей Казаков приступил к возведению здания университета на Моховой. Появились новые учебные заведения, более совершенная водопроводная система и… здание Бутырской тюрьмы. Но самым известным деянием Еропкина стало его решительное и грамотное поведение во время чумного бунта 1771 года, сумасшедшего и беспощадного из-за отчаяния горожан. Чернь, расправившись в Донском монастыре с архиепископом Амвросием, рванула на Кремль. И вот тогда генерал не побоялся сам выйти к обезумевшей толпе.

Фанатики не стали его слушать, закидали камнями, ранили в ногу. Но кровь губернатора была пролита не зря. Правда в глазах современников и народа оказалась после этого храброго поступка на его стороне. Прикажи он сразу стрелять по толпе картечью вместо холостых, не попытавшись безоружным остановить наседавших бунтарей, события могли бы стать необратимыми. Императрица Екатерина Вторая решила героя облагодетельствовать, пожертвовав ему и крепостных, и денег. Но Еропкин скромно отказался, сказав так: «мы с женой живём одни, детей у нас нет, так что нам хватает… а деньги лучше раздать тем, кто и впрямь себя не щадил — моим подчинённым».

1

Частные гиды
в Москве

Бронирование отелей
в Москве

Дата заезда
Изменить дату
Дата отъезда
Изменить дату
Кол-во человек
+
2
Поиск отелей на Booking.com. Мы не берем никаких комиссий и иных скрытых платежей.
x

Комментарии

Автор запретил комментирование этой записи.