ReginaLukashina
Регина Лукашина — была 23 сентября 2016 г. 10:34
 – Активность на Туристере замораживаю. Старые публикации оставляю читателям. Ушла на Facebook

Заповедная Москва. Призраки Немецкой слободы

3 апреля 2012 г. 14:06 Москва — Россия Март 2012
0 4

Москва эпохи до Петра Первого и во время его правления, что мы знаем о ней? Как и в чём впервые увидела и примерила на себя патриархальная наша столица европейский стиль в каменных строениях и планировании жилых и деловых кварталов? Всё это внимательный путешественник может рассмотреть и представить, отправившись в столичный квартал Лефортово.

Зарядье с лавками и церковками, Замоскворечье с купеческими усадьбами, всё это мы с вами уже прошли погожим весенним днём. Отправимся нынче в Лефортово, немецкую слободу, где исстари селились иноземцы.

Ещё с XIV века вдоль ручейка Кокуй, впадавшего в Яузу, стали селиться иностранцы, а уже позднее выросли дворцы придворной знати молодой Российской империи. В Старокирочном переулке, ведущем название от лютеранской кирхи Святого Михаила, снесённой при большевиках, сохранились старинные палаты с белокаменными кружевными наличниками окон, где по преданию жила Анхен, дочь аптекаря Монса, возлюбленная молодого царя Петра. Как писал в газете «Известия» активный защитник архитектурного наследия журналист Рустам Рахматуллин, «они обстроены со всех сторон корпусами завода НИИ точных приборов». Верно! Вот что удалось «подсмотреть» мне.

А фрагмент статьи Рустама цитирую полностью: «Что же сегодня? Полная деградация. Новый заводской корпус так и не был введен. Сегодня это пустая руина с проваленными бетонными перекрытиями. Позади него стоят палаты, огороженные бетонным забором с колючей проволокой по верху. Что защищает забор, непонятно: дом явно пуст. Три „нарышкинских“ наличника слева целы; правее — глубокое разрушение лицевой кирпичной кладки и бетонный тамбур, пристроенный к порталу древнего крыльца. Если бы снести заводскую руину, вернуть палатам двор, отдать их городу! Нет лучшего места для музея Немецкой слободы, чем дом Анны Монс. В любой столице мира дом с такой легендой стал бы культовым».

Не будем о грустном, замечу лишь, что согласно историческим источникам, хозяином дома был лейб-медик Захария ванн дер Гульст. Но так ли это важно, если первичная цель нашей прогулки — романтика? А позже поблизости вырос великолепный императорский парк, изысканность которого была заимствована у Версаля. Однако считалось, что в черты волшебного Петергофа царь-реформатор заложил всё-таки очарование московского Лефортова, в том числе с его фонтанчиками-шутихами и уединёнными романтичными аллеями.

Самое главное здание эпохи и самое заметное во время нашей экскурсии — разумеется, это сам Лефортовский дворец, ранее занимавший со службами и флигелями целый квартал. У этого квартала в прямом и переносном смысле есть две стороны, две жизни, две ипостаси, две роли, две временные плоскости. Фасадная парадная и официальная — это университет имени Баумана. Высшее техническое училище, выпустившее славу и цвет отечественной науки, лучшие умы для оборонного комплекса.

У самого дворца Лефорта фасад отреставрирован и смотрится вполне помпезно и представительно. Но другая его сторона, которую москвичи проезжают, не обращая на него внимания, глядя с набережной реки Яузы.

Там всё куда более убого, но внимательный исследователь обнаружит немало любопытного.

К слову!… Нынешнее название всего района «Бауманка», по иронии судьбы, оправдано. Генерал Николай Бауман ещё в 1661 году обустроил здесь многое и дал деньги на строительство первого каменного храма, кирхи Святого Михаила, что была снесена при расчистке улицы Радио под будущее здание ЦАГИ. Стояла она приблизительно там, где сейчас располагается музей Жуковского.

Генерала и кирху помнят нынче только историки, вся «слава» досталась редактору ленинской «Искры» революционеру Николаю Бауману… Его заслуги перед историей сомнительны. Но переименовывать ничего не будем.

По всем описаниям дворец сподвижника и лучшего друга Петра, его фаворита и учителя Франца Лефорта, был просто необъятным. Огромным он кажется и для нашего времени. Особенно впечатляет зал для приёмов и проведения балов-ассамблей. Он был украшен огромным двуглавым орлом и изразцовыми печами по углам.

Хозяин самого последнего дворца уходящего XVIIвека был личностью уникальной во многих отношениях. Он оказался способен организовать своё будущее «жилище» по европейским стандартам, более того, нашёл возможность использовать при строительстве тогдашние европейские технологии, и это в дремотной столице Московии! Стараться-то старались, но русских мастеров всё-таки следовало послушать. Не рассчитано оказалось великолепное обширное здание на русские морозы. Там гуляли сквозняки, в какой-нибудь Женеве создавшие бы здоровую вентиляцию, здесь оказались губительны.

Да и сыростью от реки Яузы тянуло. К тому моменту «государственными заботами» и всяческими излишествами организм знатного гуляки, рубаки и дамского угодника Франца Лефорта был изрядно подорван. И вот, отпраздновав новоселье одновременно с наступлением нового века, в этом же дворце он слёг с серьёзным воспалением лёгких и через месяц отправился к праотцам. Безутешный Пётр у семьи усопшего друга дворец быстренько изъял «на добрую память» и в дальнейшем использовал его какое-то время как свою резиденцию. Но занятно другое. Есть предание, что призрак Франца Лефорта по-прежнему обитает в коридорах своего прежнего жилища и… очень любит общаться с молодёжью.

Под новый год неоднократно в пустых залах слышали негромкую музыку… Нет, не из плеера! Было полное впечатление, что где-то за панелями прячется струнный квартет, играющий старинную музыку. Танцевальную. А после словно белое свечение возникает ниоткуда. Рассказывают ещё одну байку. Франц Лефорт, при жизни слывший прекрасным танцором, продолжает кружиться по своему дворцу. Именно зимним вечером он может возникнуть буквально ниоткуда. Двухметровый улыбающийся человек с очень бледным лицом в старинной треуголке и пригласить вас на танец. Вы, конечно, с перепугу откажетесь. Тогда Лефорт из рукава достанет крошечную свечку, вроде церковной, огарочек высотой не более 0,5 см. И предложит вам загадать самое заветное желание. Если вы, ни чуть не колеблясь, выпалите то, что накипело — не сомневайтесь. Эта просьба, если касается она дел сердечных и житейских, будет выполнена. Любая. От «хочу велосипед» до «пусть Ленка со мной поедет в Турцию на неделю». Но если вы смутитесь и не успеете договорить ваше желание до конца, если начнёте сомневаться и торговаться сами с собой, — наказание будет скорым и неотвратимым. Лишив вас воли, Франц Лефорт закружит недотёпу в сложном танце внезапно возникших под крышей снежных хлопьев и увлечёт за собой в мир теней, откуда нет исхода. Так говорят…

Про местность вокруг Лефортовского дворца рассказывают ещё одну легенду. Когда-то здесь протекал ручеек Кокуй, и жил в нём злой водяной дух. Поэтому православные русские там селиться не хотели. И тогда, «чтобы не пропадать земле», Иван Васильевич Грозный решил отдать её в аренду иноземцам, которых, с одной стороны, «не жалко», а с другой стороны, это не так далеко от царских угодий и Кремля, так что импортные специалисты всегда «под рукой», да и «с приглядом». Но злой дух всех этих политических мотивов понимать не хотел, и продолжал упрямо карать всех, кто пытался возвести по соседству с его ручейком высокие каменные постройки. Значит, Лефортовскому дворцу в принципе не повезло так же, как и всем прочим. Пожары там были настолько часты, что помещения постоянно приходилось ремонтировать и перестраивать. Более логичное объяснение состоит в том, что «давя сырость» усиленными топками, тогдашние дворцовые «коммунальщики» в угоду хозяевам теряли чувство меры.

Последним из особ царских кровей, кто выбрал дворец Франца Лефорта в качестве своего постоянного места жительства, был внук Петра I его тёзка номер второй…

В этом году малолетний отрок император и уже законченный алкоголик Пётр II должен был обручиться со знаменитой в те времена взрослой красавицей Екатериной Долгорукой. Девушке такой брак был отчаянно не нужен, но её родня готова была на всё, чтобы стать ближе к трону и «взять власть в свои руки». Ей даже было обещано, что юношу-супруга к ней не пустят в спальню, только обручись и гуляй. Фиктивность будущих отношений заставила усомниться в целесообразности матримониальной сделки даже жениха, но его уломали обещанием, что Катя «дождётся» его способности исполнять супружеский долг. Долгорукие… Это любовная напасть дома Романовых! Если вспомнить двенадцатого по счёту императора всероссийского Александра II, княжна Катенька Долгорукая была кошмаром его законной супруги не один десяток лет, и в 1880 году даже заняла её место уже на полных юридических основаниях, хотя так и не была венчана на царство.

Но вернёмся её тёзке в 1730 год. За две недели до свадьбы в январе этого года Пётр II заболел и умер. Предание доносит до нас, что опечаленная матримониальным насилием невеста взмолилась о помощи не кому-нибудь, а духу Кокуя. Однако куда ближе к историческим источникам иное описание событий. Когда карета Екатерины Долгорукой, украшенная сверху короной, въезжала в ворота Лефортовского дворца, верх экипажа ударился о невысокую балку, сбив монарший символ. Это было воспринято как знак свыше. Венец упал под ноги лошадей, и по городу поползли недобрые слухи. Москва буквально затрепетала. Люди передавали эту историю из уст в уста, сходясь во мнении, что не судьба красавице стать царицей. Как мы теперь понимаем, нет места на престоле Империи Катеринам не из дома Романовых, но из дома Долгоруких.

Императрица Елизавета Петровна тоже Лефортово не жаловала. Она предпочитала отдавать приказы строить не на этой стороне реки, но на противоположной. Но и там горели выстроенные дворцы вместе с её платьями, нарядами, собачонками, гобеленами и дорогой утварью, драгоценностями и обувными коробками. Лишь Екатерина II построила дворец своего имени на другой стороне Яузы, но ей самой не довелось его увидеть — она скончалась незадолго до того, как объект был готов к акту «сдачи-приёмки». Последним из самодержцев, кто долго останавливался жить в Лефортовском дворце, был «бедный-бедный», самый мрачный и воинственный, трусливый и мнительный из императоров — Павел. Там он принимал депутации и даже устраивал балы, только длилось это недолго. Из четырёх с небольшим лет правления (1796–1801) в старой столице он бывал совсем мало времени и развернуться со своими замыслами тут не успел. В 1812 году дворец горел, как и половина Москвы. А после восстановления там открыли всего-навсего архив, коим он до сих пор и является…

Кстати, на втором курсе Историко-архивного института меня тоже посылали на Вторую Бауманскую улицу на лабораторные работы в Российский государственный военно-исторический архив. Толстые стены, многовековая пыль, неподъёмные папки. Выполнив задание, мы уже собирались домой, и я просто решила положить на место подшивку использованных документов. И… рука застряла в бумажной толще содержимого полки! Выдернув прищемленные пальцы, я не обнаружила золотого колечка, подаренного мамой мне на окончание первого курса. Расстроилась ужасно. Половина моей группы пыталась вместе со мной что-то сдвинуть, вымести, прощупать, достать… Шумели и возились до тех пор, пока не начало темнеть. И вдруг в нашу кладовку заглянул не обычный дежурный сотрудник архива, а странно одетый человек в синей робе в … укороченных штанах на пуговках и в чулках. Врезались в память и тяжёлые башмаки с пряжками. Голос прозвучал гулко, глуховато, но вполне доброжелательно. «Не волнуйся, ступай домой. Колечко своё не ищи, будет тебе через пять лет награда». Обалдев, я оглянулась на моих однокашниц. Они молча пожимали плечами. Когда же я снова повернулась к странному посетителю, его уже и след простыл. Ни шума закрывающейся двери. Ничего. Мы ушли. Искать дальше впотьмах среди пыли за тяжёлыми стеллажами в папках было бессмысленно. А ровно через пять лет я защитила в РГГУ диплом с отличием. Единственная на курсе. Надо думать, оставив «жертву» духу Кокуя, я выпросила у него и у Лефорта исполнения тогдашнего самого сильного желания. Молодость-молодость… Надо было иное просить.

Продолжим прогулку по Лефортовскому парку. Согласно городской легенде, с ним тоже было далеко не всё спокойно и благополучно.

Правившая империей десять лет с 1730 по 1740 годы Анна Иоанновна, надоевшая всем своей «супружеской» покорностью прохиндею фавориту барону Бирону, средняя дочь царя Иоанна Алексеевича и Прасковьи Феодоровны (рожденной Салтыковой) как-то раз, находясь в Лефортове, произнесла: «как было бы хорошо, если бы тут была роща». Придворные расстарались и насадили на два с половиной километра длиной аллею с дубами, буками, вязами и берёзами. Императрице в аллее понравилось.

Она там даже полюбила «охотиться». На уток. В аллее. Утки, как и сама августейшая охотница, были раскормлены до такой степени, но на крыло встать подъёмной силы не хватало. Законы аэродинамики, знаете ли. Реактивной тяги утиный организм на предусматривал. А на механической (махания крыльями) тушки веса по четверть пуда взлететь не смогли бы.

Так вот. Охотилась-охотилась, а потом поела уточки и… Занедужила. А в начале XXвека случился в Москве страшный ураган, и рощу… сдула с лица земли. В память о том урагане и двухкилометровой аллее там даже установлена специальная стела.

Более полутора тысяч солдат трудились для того, чтобы создать это великолепие. Петергоф в Москве на берегу Яузы. Парк и целый район, охраняемый когда капризными, а когда и доброжелательными призраками галантного века.

Приятной прогулки. По многочисленным пожеланиям моих друзей сообщаю: доезжаете до станции метро «Бауманская» и идёте от вхлда в метро налево до поворота на Старокирочный. А по улице Радио, что по правую руку, если стоять спиной к метро на Бауманской улице, есть ещё один замечательный памятник архитектуры:

До новых встреч в заповедной Москве! Если появятся вопросы — с удовольствием отвечу и помогу сориентироваться.

Частные гиды
в Москве

Бронирование отелей
в Москве

Дата заезда
Изменить дату
Дата отъезда
Изменить дату
Кол-во человек
+
2
Поиск отелей на Booking.com. Мы не берем никаких комиссий и иных скрытых платежей.

Комментарии

Автор запретил комментирование этой записи.