Ena
Эна — была вчера 8:07
 – *Это и есть punk-rock?* - *Возможно...*

Нерехта: в поисках вернувшейся старины (23.03.2014). Часть 2

21 мая 2015 г. 17:00 Нерехта — Россия Март 2014
6 10

Часть 1

Нерехтский краеведческий музей, адрес: улица Володарского, д. 9, телефон: (49431) 7–7791, сайт: www.nerekhta-museum.ru. Музей работает с 10 до 17, кроме понедельника. Стоимость билета — 50 руб., фотосъемка — 30 руб.

Город — это не только природные и архитектурные достопримечательности. Это еще и судьбы его знаменитых людей. В Нерехтском краеведческом музее, расположенном в милом бирюзовом здании «Старой аптеки» в стиле модерн (1900 г.), проходит экспозиция уникальной выставки «Нерехта. Одна из многих…». Она построена по «Дневнику русской женщины» Елизаветы Дьяконовой, через призму которого показана жизнь уездной Нерехты конца XIX века. Спасибо замечательной смотрительнице, которая провела для нас мини-экскурсию, рассказав об этой неординарной девушке, к своему стыду о ней я узнала только в музее.

Писательница Елизавета Александровна Дьяконова (1874—1902 гг.) была дочерью обеспеченного нерехтского купца, почетного гражданина города — А. Дьяконова. В одиннадцать лет девочка начала вести дневник (совсем как знакомое нам по Александрову семейство Цветаевых!), в котором прилежно описывала не только свои личные переживания, но и эпоху, в которой ей суждено было жить. Закончив местную гимназию, Лиза продолжила обучение в Ярославле и Санкт-Петербурге. Открытая всему новому, любознательная, пылкая, утонченная натура, она всегда стремилась к учению. Даже вопреки воле деспотичной матери, которая лишила из-за вольнодумства старшей дочери наследства всех девочек (у Лизы еще было два брата, а всего в семье родилось пятеро детей). Но Елизавета не желала выходить замуж, как все ее подруги, «попадая из одной клетки в другую».

В ней была слишком сильна жажда знаний, не приемлемая для барышень тех времен. Посвящавшая чтению очень много времени, она рано познакомилась с «запрещенной» литературой, тайно распространявшейся в ярославских студенческих кругах. Учась на Высших (Бестужевских) женских курсах в северной столице, Елизавета не только активно посещала все значимые мероприятия, но и изучала историю женского движения. Под псевдонимом Е. Нерехтская девушка печатала статьи и рассказы в периодических изданиях, писала стихи, активно боролась за права женщин. Для того чтобы грамотно защищать интересы дам в дореволюционной России, Лиза решила изучать юриспруденцию. И когда ей отказывают в приеме в высшее учебное заведение Санкт-Петербурга по причине того, что в царской России женщина не имеет права заниматься юридическими науками, она уезжает в Париж. Где, кстати, легко поступает на юридический факультет Сорбонны! Решив всецело посвятить себя наукам и общественной деятельности, Лиза никогда не задумывается о женском счастье. Правда, в Сорбонне случается у нее увлечение местным преподавателем, увы, не взаимное. То ли из-за неудачной любви, то ли из-за тягот самостоятельной жизни на чужбине, Лиза возвращается домой.

У нее в планах всячески помогать жителям своей любимой Нерехты, в первую очередь, женщинам и детям. Путь ее лежит через австрийское местечко Тироль. Елизавета безумно влюблена в горы и, конечно же, отправляется на прогулку в Альпы. С которой ей не суждено будет вернуться. Что случилось тогда — знают только седые горы. Может быть, несчастный случай. Во всяком случае, брат Лизы, издавший посмертно ее дневники, всячески опровергает мысль о самоубийстве. Хотя в записях искренней, мечущейся, чувствительной, одаренной, но такой несчастной девушки — бедной Лизы, зачастую присутствуют мрачные нотки и постоянные мысли о смерти, видимо (вспомним Цветаеву!), присущие всем творческим людям. Тело Елизаветы Дьяконовой нашли только спустя месяц, в одном из водопадов, кремировали в Тироле, а прах перевезли на нерехтское кладбище при Крестовоздвиженской церкви. Ведь она так мечтала быть похороненной именно в родном городке — милой сердцу Нерехте! Елизавете Дьяконовой было всего 27 лет.

Экспозиция музея, занимающая две комнаты дома-аптеки, выдержана в белых тонах. На стенах — фотоинсталляции с видами Нерехты XIX века и огромными пейзажами, иллюстрирующими времена года. Белая мебель, белый рояль. На белых стендах — фотографии, документы, ноты, книги.

Практически каждый экспонат сопровождается цитатами из дневника Елизаветы — написанными аккуратным девичьим почерком строчками.

Все предметы — из той эпохи, в которую жила Дьяконова, которые могла видеть, которые могли бы помнить ее. На дорожном тарантасе начала XX века, принадлежавшем реальной нерехтской семье, могла бы ехать на учебу и Лиза, стремясь к знаниям. Наверняка, забавный чемодан и объемный саквояж оказались бы набитыми книгами.

А за по-домашнему сервированным столиком с пузатым самоваром Елизавета могла пить чай со своими братьями и сестрами.

Посуда в старинном буфете, патефон, витой подсвечник, кованые сундуки и даже большой колокол — все это из того, Лизиного времени.

Элегантно смотрятся гарнитур из бюро и кресел, интересна фисгармония начала XX века, которую передала музею нерехтская семья.

Она действующая, служившая когда-то музыкальным инструментом неизвестным мне нерехчанам, забытая и вновь заботливо отреставрированная. И пусть эти вещи не уникальны и даже никогда не принадлежали семье Дьяконовых — в них жив дух того времени.

Небольшая, светлая экспозиция, трагичная история девушки, решившей идти против системы, затрагивает самые тонкие струны моей поэтической души и оставляет самые теплые чувства.

Кстати, если пройти чуть дальше по улице Володарского по направлению к Богоявленской (Никольской) церкви можно увидеть родовой дом семьи Дьяконовых — красивую усадьбу второй четверти XIX века. В этом каменном доме нежно-персикового цвета с аристократично-сдержанной отделкой фасадов, тремя арочными окнами и симпатичным мезонином прошли детские годы девушки. Наверное, из этих высоких окон смотрела восторженными любознательными глазами Лиза на жизнь своего любимого уездного городка.

1

Почти рядом — прекрасный образец деревянного зодчества, дачный дом Дьяконовых (1880–1890-х гг.). Этот симпатичный бревенчатый дом с резным балконом служил семье местом летнего отдыха и «до перевоза его в город стоял в деревне Якушовка». Наверное, в обоих усадебных домах сейчас живут обычные нерехчане.

Церковь Богоявления (Никольская), 1710—1725 гг., адрес: улица Володарского, д. 1. Пока принадлежит Нерехтскому краеведческому музею. Музей работает с 10 до 17, кроме понедельника. Стоимость билетов — 50 руб. (экспозиция), 50 руб. (подъем на колокольню), фотосъемка — 50 руб.

Храм сооружен на месте деревянной Никольской церкви. Новая каменная святыня решена в стиле классицизма, впитавшего отголоски недавно ушедшего XVII века. Довольно аскетичное убранство традиционного четверика, украшенного лишь идущим по периметру карниза резным подзором да полукружьями закомаров с чудом сохранившимися фресками, венчает классическое темно-зеленое пятиглавие на стройных глухих барабанах. Золотом горят на ярком весеннем солнце его торжественные кресты. Интересна шатровая колокольня (даже не верится, что воссозданная — так достоверно выполнена стилизация!). Стройная, из тесаного кирпича, украшенная каменной резьбой, она свечкой поднимается в синее небо. В 30-е годы прошлого столетия храм, как водится, был закрыт и лишился своего завершения, колокольни и ограды.

2

Долгое время здесь размещались склад и керосиновая лавка. К счастью, утраченная красота была возвращена реставраторами. Сейчас Богоявленская (Никольская) церковь пока что принадлежит Нерехтскому краеведческому музею, являясь культурно-духовным центром города, в ее стенах можно посетить выставки, а также подняться на колокольню.

Вот с колокольни мы и начали, совершив нелегкий подъем по крутой деревянной лестнице.

1

Зато, какая замечательная панорама открылась нашему взору! Как же интересно изучать город с высоты птичьего полета.

2

Внизу под мостом неспешно несла свои воды река Нерехта, над крышами домиков возвышалась свечкой белокаменная колокольня Казанского собора, за ней вдалеке виднелись купола Владимирской церкви.

1

Мы увидели обрамленную купеческими особнячками и корпусом гостиных рядов центральную площадь города. А с противоположной стороны — Крестовоздвиженскую церковь, которую так долго не могли найти. А где-то совсем далеко, почти на горизонте можно было рассмотреть Успенскую церковь села Тетеринского — тоже интересную достопримечательность, которую мы, к сожалению, в эту поездку не планировали посетить.

2

Совсем близко, в проеме звонницы были видны большие чешуйчатые купола — казалось, до них можно дотронуться рукой. И даже рассмотреть полустертые фрески на закомарах.

1

На колокольне — 7 колоколов. Считается, что «если подняться на самый верх и позвонить в них, читая специальную молитву, душа очистится звоном».

1

Внизу нас ждала занимательная экспозиция фресковой живописи и церковного декоративно-прикладного искусства. Примечательно, что в интерьерах церкви сохранились прекрасные настенные росписи 1768–1769 годов. Также были установлены старинные иконостасы из села Верховье Солигалического района.

В трапезной храма представлены иконы и религиозные предметы: церковные книги, оклады, предметы культа.

Интересны мастерски выполненное распятие и позолоченная скульптура ангела конца XVIII века.

Меня умилили разноцветные пасхальные яички — а ведь такие же мы видели в «келье монаха» в Воскресенской (Варваринской) церкви.

А еще здесь есть копия скульптурного портрета княгини Евдокии — помните, в давние времена она была хозяйкой Нерехты. Впечатлили огромные картины, естественно, на религиозную тематику.

Несколько особняком стоял стенд, посвященный нерехчанам — героям Великой Отечественной войны, пестривший множеством фотокарточек.

В храме, должно быть, проводятся собрания и даже музыкальные вечера, если судить по рядам стульев и зачехленному пианино.

Но более всего, конечно, потрясли нас росписи четверика — просто удивительно, какие яркие краски использовали мастера, как умело прописывали малейшие детали и выстраивали сюжеты!

Весь-весь объем храма был покрыт фресками.

А ведь расписывали церковь наши ярославские умельцы!

Изумительно красив высоченный роскошный иконостас, богато декорированный позолотой. Под стать ему — тяжелая люстра. Антураж придают праздничные облачения священников, кажется, вот-вот начнется пасхальная служба.

Здесь же представлена выставка «Сокровища храмов»: разноцветные вышитые и нательные кресты, иконы, четки.

Думаю, экспозиция в Богоявленской (Никольской) церкви придется по душе не только людям, разбирающимся в религиозном искусстве, но и просто интересующимся стариной. Ибо, поверьте, это действительно просто головокружительно красиво!

И, видимо, для большего антуража во время осмотра играет негромкая церковная музыка, что тоже очень приятно.

1

«В ладошке лужи — луны осколок,

косые тени по тротуарам.

Сшибая звезды крестом, Никола

сегодня снова влюблен в Варвару.

Два храма вровень через дорогу,

зачем вас годы судьбы лишили?

Забыли люди, и слава Богу,

что вновь о вечном заговорили!»

(Стихотворение нерехтского поэта Сергея Пузырева).

Крестовоздвиженская церковь, 1788 г., адрес: улица Гагарина, д. 22. Действует.

В конце XVIII века было учреждено городское кладбище. И, как водится, при нем построили храм, авторство которого приписывают зодчему С. А. Воротилову. Правда, первоначальный облик святыни по сравнению с проектом был несколько изменен по предложению местного купца и городничего Д. П. Симонова, задумавшего спонсировать строительство придела в честь своего небесного покровителя — Дмитрия Солунского. Примечательно, что это — единственная нерехтская церковь, которая никогда не закрывалась. В ходе наших поездок не раз встречали подобное — видимо, не поднималась у коммунистов рука на кладбищенские храмы.

К Крестовоздвиженской церкви, окруженной массивной оградой с башенками, белоснежной — с фасада, краснокирпичной — по периметру, мы попали, шлепая по местной грязи. Главный ориентир — для того, чтобы попасть к храму, надо перейти линию. То есть он находится практически у черты города. Мимо проносятся с грохотом поезда и соседствуют разной степени ухоженности домишки. Один, вот, например, напрочь разрушен — только стены остались. Очередное «окно в светлое будущее России» — саркастически называю я подобные грустные останки.

И все же, как хорошо здесь, умиротворенно как-то. Хотя храм оказался закрытым, через калитку кладбищенской ограды мы прошли на территорию старинного кладбища, чтобы получше рассмотреть церковь. Храм оказался просто очаровательным, беленький, светлый, легкий, прекрасно отреставрированный. Над основным объемом, практически не различимым за пристройкой-приделом, возвышается завершенный куполом компактный восьмерик с маленькой серебристой главкой. Еще одна крошечная луковка установлена над Дмитриевским приделом. Парадное убранство фасадов в стиле позднего барокко придает храму некую сдержанную торжественность. Особое внимание заслуживает колокольня, словно втиснутая в здание — это произошло из-за пристройки придела. Но все равно она очень легка, почти воздушна, с изящной аркой звона, колоколообразным завершением, увенчанным длинным серебристым, почти петербуржским шпилем. Вот такое миниатюрное очарование призвано охранять покой предков современных нерехчан.

А охранять есть что! Как мне нравятся эти старинные тихие кладбища, с потрескавшимися надгробиями, полустертыми именами и датами. Не забытые — в отличие от современных погостов. Отрадно видеть, что на могилах поставлены цветы — так сильна память, так чтят предков жители провинциальной Нерехты, сквозь годы, столетия не забывают. Мы увидели несколько надгробий семьи Дьяконовых, тех самых, родственников Елизаветы. Но целью нашей было найти могилу самой Лизы. Что она похоронена именно здесь, на кладбище при Крестовоздвиженской церкви, нам в музее сказали, а потом я в путеводителе по Нерехте прочла ориентир: у северного фасада храма. Белый крест (новый, с каменной резьбой) на старинном надгробном камне. Вот так просто. И приятно, что нерехчане хранят память о своей знаменитой землячке. Вечный покой тебе, Елизавета Дьяконова, бедная Лиза…

1

Далее мы отправились в исторический центр Нерехты, перейдя через мостик. С него, кстати, открываются наиболее удачные виды на Богоявленскую (Никольскую) церковь и весеннюю речку Нерехту. Отражается синее небо в талых, с паутинкой льдинок по берегам, водах, деревья, словно торопятся, бегут к реке по рыжим от прошлогодней травы пологим склонам. Речка Нерехта — пока еще неглубокая, кажется тихой в ожидании апрельского половодья — но уж тогда разольется, покажет себя во всей красе, чтобы к лету вновь стать спокойной, уютно журчащей среди зеленых берегов. А вокруг — уютные деревянные домики, купеческие особняки и щемящая безмятежность — милая, милая сердцу провинциальность, как мне близка твоя неприметная красота! И как глубоко, остро чувствуется здесь приближение весны…

Центр города небольшой, прорезанный длинной проезжей улицей, скомпонованный вокруг доминанты — колокольни недействующего пока еще Казанского собора. И традиционно утопающий в извечной нерехтской грязи. Центральную улицу — площадь обрамляют разной степени отреставрированности особнячки, по обычаю изуродованные вывесками.

1

Впрочем, самая неприятная — висящая на хорошеньком домике разляпистая реклама магазина «Магнит». Такого безобразия, как в Александрове, в Нерехте не встретили, что весьма радовало. Вот это хорошо, это правильно, я не против рекламы на типовых постройках (ведь есть же в Нерехте крупные маркеты типа «Высшая Лига»), но вот старинные здания современными плакатами уродовать не стоит.

1

На площади разбит хорошенький скверик, с выложенными брусчаткой дорожками и изящными, стилизованными под старину фонарями, — после прогулок по нерехтской грязи он кажется единственным благоустроенным местом в городе. Единственное — нет ни одной лавочки, как, впрочем, и во всем городе (за исключением местного парка отдыха). Посередине — ожидаемый памятник Ленину на гранитном постаменте, около которого одиноко притулился прошлогодний веночек. Сам Ильич из серой гранитной крошки выглядит миниатюрным и очень серьезным, с устремленным вдаль решительным взглядом, обычный такой памятник, а то уж, сколько мы разных прикольных вождей Революции повидали. Что еще удивило (сообразила только дома), что в Нерехте мы не видели типичных для всех провинциальных городков обелисков с Вечным огнем, а, может, просто не нашли.

А напротив скверика еще одно украшение старинной Нерехты — длинные белоснежные гостиные ряды, лаконичные, со стройными рядами колонн под ярко-зеленой крышей, гербом города на фасаде. Отрадно, что они прекрасно отреставрированы. За антуражными деревянными дверями с навесными замками — явная и весьма приятная стилизация под старину — и сейчас находятся магазинчики, например, с сувенирами.

Каменные гостиные ряды в Нерехте были сооружены по проекту П. И. Фурсова в 1836 году. Но и до этого времени существовали деревянные торговые лавки. Нерехтские купцы строили новое помещение для торговли вскладчину, а торговали в те времена товаром разнообразным: дорогими тканями (ситцем, шерстью, шелком) и дешевой мануфактурой, заморской одеждой и простой обувью, лаками и красками, тонким стеклом и железными самоварами, хозяйственным скарбом и продовольствием. Внутри гостиные ряды разделялись дощатыми перегородками, а внизу находились складские помещения, выходящие на галерею двери назывались «растворами». Считалось, что «чем богаче купец, тем больше у него «растворов». Наиболее богатым купцам вести торговые дела помогали приказчики, а по праздникам они даже нанимали «мальчиков» в помощь. Вот так жила купеческая Нерехта.

Еще одна достопримечательность центральной площади — выходящий на нее фасадом особняк купца Хворинова конца XVIII века, именуемый в народе за свою экстравагантную архитектуру «дом-носок». Длинное двухэтажное здание розового цвета с белоснежным декором действительно выглядит очень примечательно. Помнится, подобный дом, правда, поскромнее, мы видели в Тутаеве. Помимо своего архитектурного решения «дом-носок» знаменит и тем, что в нем «останавливался на ночлег император Павел I, проезжавший через Нерехту по пути из Казани в Ярославль в 1798 году». По указу царя для его встречи запрещалось строить специальные «путевые дворцы», посему нерехтская власть решила выделить для высокопоставленного гостя такой вот интересный дом. Не знаю, как Павел I, а я бы подобный авангардизм точно оценила!

1

Окончание следует…

Часть 3

Комментарии

julykum
+1
22 мая 2015 г. 15:30
Такие милые чудесные церковки! От их облика так и веет уютной. патриархальной стариной.
И стихотворение нерехтского поэта очень в тему получилось
В ладошке лужи — луны осколок,

косые тени по тротуарам.

Сшибая звезды крестом, Никола

сегодня снова влюблен в Варвару.

Чудо, как хорошо!
Такая грустная история бедной Лизы. Хотя, может быть, наоборот счастливая. Кто знает, может быть лет через 30, бунтарка Лиза, измученная допросом, осужденная по доносу завистника, тряслась бы в дощатом бараке на Соловках? И не является ли в данном случае ее смерть благословлением свыше?
Ena
+1
22 мая 2015 г. 15:53
Юля, это еще даже не все нерехтские храмы - удивительно, что их так много сохранилось (для маленькой Нерехты это - много). Конечно, не все они в хорошем состоянии (я в заключительной части, собственно, о них и буду рассказывать). А стихотворение - оно тоже легло на душу, такое светлое, и главное - ведь так и есть, Никола с Варварой будто друг на дружку смотрят (маленькая Нерехта, и расстояния в ней - маленькие). Я бы, Юля, хотела, чтобы ты побывала здесь, прошлась по этим улочкам - не по грязи, а теплым маем, например..

История Лизы Дьяконовой меня тоже несказанно впечатлила. Более того, ехала - ничего о ней не знала. Ну, музей краеведческий, а оказалось - вся экспозиция на ее жизни построена! И то, что на кладбище попали уже после музея, уже зная - тоже правильно. Меня потрясли, с одной, стороны, сильные стороны лизиной души: желание учиться, талант, небезразличность, нежелание покоряться привычному укладу - такая вот протестующая юристочка (чем-то меня напомнила ). С другой - эти ее упаднические настроения - чисто барышневские страдания - мне это было не очень понятно. Твоя интерпретация развития лизиной судьбы - интересна. Вернись она окончательно в Россию, наверняка, так бы и было. Или же бы не смогла здесь жить и уехала назад, в более либеральную Европу. А смерть, Юля, у нее была чудовищной. Что такое разбиться в горах, упав в горную речку, - страшно представить. Тело ее нашли много времени спустя - от нее мало чего осталось (я когда читала что-то по лизиной теме - даже протокол вскрытия). Все-таки, как-то это жутко. И совсем молодая (цинично, но еще раз доказывает существование "клуба 27").
julykum
+1
22 мая 2015 г. 18:05
Жалко молодых, не успевших пожить, порадоваться, наделать ошибок и исправить их.
А насчет прогулки по Нерехте.. Кто знает, вполне возможно, что как-нибудь по ней прогуляюсь и я. И вспомню тебя и бедную Лизу. ;)
Ena
+1
22 мая 2015 г. 18:15
Юля, да, мне тоже так всегда обидно за талантливых, недоживших. Хотя, наверное, за всех обидно.
При наличии машины, думаю, путешествия вообще не будут проблемой. А ещё можно соседние городки, селения захватить. В окрестностях Нерехты, кстати, тоже немало интересного. Лизу - лучше вспомнить на погосте при той церковке (а как же приятно, что жители чтят её память!), ну а меня - просто забывать не надо (кокетство от хорошего настроения )
julykum
+1
22 мая 2015 г. 19:31
Arkhip251166
+1
23 мая 2015 г. 4:42
!!!
Войдите, чтобы оставить свой комментарий.