Эна (Ena)
Эна — была вчера 8:17
 – *Это и есть punk-rock?* - *Возможно...*

Александров: непокоренный защитник (5-6 января 2014). Часть 2

28 марта 2015 г. 12:16 Александров — Россия Январь 2014
63 26

Часть 1

БОГОЛЮБСКАЯ ЦЕРКОВЬ И МУЗЕЙ-МЕТАФОРА СЕСТЕР ЦВЕТАЕВЫХ

Наконец, будто бы разомкнув замкнутый привокзальный круг (помог ли в этом сам Александров, испытывавший нас и вдруг проникшийся к нам симпатией за мое понимание его сущности), город пускает нас к себе. По пути настойчиво встречаются либо гостиницы, либо таблички-указатели на них. Посему Александров (город гостиниц) кажется очень гостеприимным. Как и его жители — милые, добрые люди, с радостью подсказывающие дорогу, хоть зачастую и не правильно. Или просто мы пока не понимаем их ориентиров. Но все-таки главный из них («Вам нужен рынок», — повторяют они) мы находим. И следуя указаниям любезной служащей гостиницы «Ведруссия», за этим самым рынком наконец-то находим искомую достопримечательность (еще даже не зная, как она окажется важна для нас, для всей нашей александровской поездки). Все-таки, как все оказалось просто…

Церковь Боголюбской иконы Божией Матери. Адрес: г. Александров, Красный переулок, д. 2, тел.: (49244) 2-30-37.

Построена в 1800 году, около городского кладбища. В 1824 году на средства купцов А. М. Каленова и Ф. Баранова к храму были пристроены новые приделы. После установления советской власти в феврале 1930 года храм закрывают, чтобы… открыть буквально через полгода, в августе. Что это: чудо, дань памяти, традициям? К слову, практически во всех городах действовал хотя бы один храм, чаще всего при кладбище, значит, не поднималась рука большевиков издеваться над своими предками, может, и среди них встречались… люди? Так или иначе, Боголюбская церковь оставалась единственной действующей во всем Александровском районе. Правда, ограда и колокольня все-таки были взорваны, церковное кладбище — срыто, что-то на этом месте размещалось — точно не скажу, а сейчас там — рынок. Я тоже об этом узнала позже, все на той же экскурсии по Цветаевскому музею. В 90-х годах Боголюбскую церковь отреставрировали, восстановили колокольню.

Церковь Боголюбской иконы Божией Матери, внезапно открывшаяся в крошечном переулке за рынком, мне сразу же понравилась. Милая, удивительно милая — вот первое мнение о ней. Маленький, лаконичный храм «в стиле зрелого классицизма с отдельными мотивами псевдоготики» (последнее — это к стрельчатым окнам относится — они, пожалуй, единственный декор в архитектуре святыни), белоснежный, с небольшим полусферичным куполом, тонкой шейкой-барабаном и миниатюрной луковкой-завершением. По сочно-синим квадратикам-черепице купола разбросаны золотые звезды. Храм прекрасен в своем минимализме и аристократичной утонченности. Старинный храм. Красивый. Чуть поодаль отдельно стоящая колокольня, уже восстановленная, скромная, с тонким позолоченным шпилем.

5

Заходим внутрь. Здесь тоже была служба, но народ уже ушел. Зато на полу лежали елки — замечательные такие пушистые елки, наполняющие своды храма своим рождественским ароматом. Эти елки к Рождеству — понимаем мы. Внутренне убранство храма такое же скромное — своды побелены, никаких росписей. Муж сунул мне в ладонь 5 рублей (еще одна неожиданность, он же у меня анархист): «Поставь, что ли, свечку». Поставила к иконе Богородицы (из-за своего отвратительного зрения даже не поняла, к какой, как не тыкалась носом, распознать в витиеватой вязи знакомые буквы так, к сожалению, и не смогла). И тут меня пробрало. Я. Молилась. Неумело (я даже «Отче наш» толком не знаю). Как-то своими словами. До слез. Я. Привыкшая к чаду и угару рок-концертов, под адовую музыку, к полному отрицанию всего святого, к цинизму и ненависти. Не потому что так — правильно, потому что так — легче. Плевать на все и на всех — а по-другому моя нервная система уже не выдерживает. Убежденная, что в этой гребанной жизни (и в моей, в том числе) уже ничего святого и хорошего не осталось. Что все — тлен и безысходность. И нет пути, никакого, вообще. И что все плохо… Внезапно какое-то тепло прошло, даже не по телу — по душе. Я ощутила себя улыбающейся (что теперь огромная редкость). И подумала, что эта наша поездка будет удачной, и оставит глубокий след в душе, и этот город Александров, мой город, мой помощник, защитник, поможет и защитит. Впервые за долгое-долгое время мне было так хорошо в храме….

Все-таки, Александров — мой город. Нет, не Грозного. Цветаевский. И мой. До сих пор остается загадкой, как мы, еще ничего толком не зная, перед посещением музея вышли именно к этой церкви? Ведь по кладбищу, что около Боголюбского храма, так любила гулять Марина. Одна, со своими детьми или чадами сестры, со своими же любимыми (любовниками?), которых сие времяпровождение (о готах тогда, видимо, еще не знали, хотя где-то в переписке Цветаеву и называли «чернокнижницей») повергало в шок. Кладбище вокруг Боголюбского храма, то, где сейчас рынок, и не видно уже старинных надгробий, которые навевали поэтические строки, — было любимым Марининым местом для меланхоличных ее прогулок, и, возможно, вся эта его древняя тревожная аура способствовала развитию того обсуждаемого в кругах литераторов феномена, который назовут «Александровским летом Цветаевой»:

«Сорви себе стебель дикий

И ягоду ему вслед, —

Кладбищенской земляники

Крупнее и слаще нет…».

Впрочем, по поводу веры… Весьма потрепанные жизнью, со своей более чем потрепанной (изорванной в клочья!) судьбой Марина (да и сестра ее Настя) тоже долго не верили. Вот так, были против советской власти (долбанные репрессии), и против религии. К вере пришли намного позже. Когда, видимо, уже ничего не оставалось…

Так вот, влекло меня к этой церковке очень и очень сильно. Мы даже во время вечерней прогулки заглянули в узкий переулок за рынком, где в подсолнечном свете фонарей, под черным куполом неба с точками то ли звезд, то ли снежинок, с выставленными к крыльцу елками (скоро же Рождество!) Боголюбский храм выглядел таинственно и очаровательно — словно картинка из прошлого. Подумалось, Марине это бы понравилось. И тут же — «Цветаевское лето», не видела Марина зимнего Александрова. Мне же казалась мистичной эта александровская ночь и эта бывшая кладбищенская церковь (без кладбища), словно мы попали в прошлое, в Маринино прошлое…

4

…Проснулась в гостинице ночью, бессонница, мучающая давно, ставшая почти привычной. В номере холодно, зябко кутаюсь в кофту, стою у продуваемого несмелым январским холодом окна. Светят фарами машины, кто-то ругается, темные силуэты палаток рынка. Там, где было кладбище. Все залито все тем же подсолнечным светом. Странные здесь фонари. И чудится (глючится?): по этим дорожкам когда-то ходила Марина, вот так, возможно, даже ночью, о чем-то думала, слагала стихи, мимо окон гостиницы (тогда еще, конечно, не гостиницы)… Марина, где ты, Марина, расскажи… Стакан с коньяком, разбавленным соком, — без него не уснуть, глоток согревает, смотрю на город, этой ночью Александров только мой, я одна им любуюсь, безлюдным, открытым, защитником… Я одна, и, быть может, Марина. Странный мой сон в Александрове…

…И все же после посещения Боголюбской церкви мы, опять же спрашивая дорогу (моя никчемная карта!), но уже зная ориентиры (через рынок, мимо кинотеатра «Юбилейный»), пробираемся к музею. К тому, ради которого я и хотела приехать сюда (простите меня, Иван Васильевич, в Ваш Кремль я также загляну!).

Литературно-художественный музей Марины и Анастасии Цветаевых.

Адрес: г. Александров, Военный пер., д. 6 (дом Лебедевых), ул. Военная, д. 2 (корпус фабрики Барановых),
тел.: (49244) 2-56-93, 2-42-79, 2-66-74, сайт: http://www.museum.ru/m2359, e-mail: mcvetaeva@mail.ru, часы работы: ежедневно с 8.00 до 17.00. Стоимость — 60 руб./чел. Фотосъемка — бесплатная, что, на мой взгляд очень даже правильно, ведь туристы, фотографирующие музейные экспозиции и выкладывающие материалы в Интернете, способствуют популяризации музея.

Также в составе музея можно посетить следующие его филиалы:

Зал камерной музыки (выставочный зал) — г. Александров, ул. Институтская, д. 6, корп. 2, тел.: (49244) 2-66-74.

Дом-музей Алексея Мусатова — Александровский район, деревня Лизуново, режим работы:
8.00 — 17.00.

Мимо кинотеатра «Юбилейный», углубляясь в типичные улочки обычного Александрова, попутно спрашивая дорогу, наконец, сворачиваем на какую-то разбитую проезжую часть и видим заветную калитку. Падают густые хлопья снега, а за посеребренными ветвями кустов (просто рождественская открытка!) выглядывают гостеприимно окошки, обрамленные массивными наличниками. В этом, на первый взгляд, добротном длинном доме из гладких бревен цвета гречишного меда с кирпичной трубой находится музей, ради которого мне, собственно, и хотелось приехать в Александров. Ибо творчеством Марины Цветаевой увлекаюсь с ранней юности, а несколько лет назад нам даже удалось побывать в одном из цветаевских музеев под Иваново, в родовом гнезде семьи поэтессы. Ибо наслышана (начитана) об этом неординарном музее, «первом в мире, посвященном Цветаевой», если верить купленному на экспозиции буклету.

4

Судьба у этого музея интересная и непростая, как и судьба самой Марины. Первоначально он был организован местными энтузиастами — участниками знаменитого Цветаевского фестиваля поэзии. Был это, так сказать, «Музей под открытым небом» — о нем и сейчас напоминает прибитая к заборчику из потемневших досок табличка «В этом доме в 1915 — 1917 годах жила и работала Марина Цветаева». Именно на этом месте собирались любители цветаевской поэзии. И только потом, когда удалось собрать достаточно средств на организацию полноценной экспозиции, общественный фонд М. И. Цветаевой передал коллекцию городу (1991 г.).

1

В начале XX века в Александрове жила сестра Марины, Анастасия, с семьей. Точнее, они снимали комнаты у местных интеллигентов — семьи учителя математики А. А. Лебедева, в чьем доме (усадьба относится к XIX в.) сейчас и открыта основная экспозиция музея. Позже нам расскажут, с каким трудом музею удалось выбить эти помещения — ведь в них давно жили обычные александровцы, которых пришлось расселять. До сих пор на территории музея стоит уродливый кирпичный дом, на том самом месте, где когда-то была любимая беседка Марины. Но что делать — территория под этим жилым домом оформлена в частную собственность, так и существуют бок о бок музей и чья-то семья.

3

Во дворе стоит хатка-покосюшка с распахнутой дверью и практически провалившейся крышей — это и есть настоящий «Цветаевский домик», где жили родные поэтессы, и который помнит еще легкие шаги Марины, ее мысли, терзания, ее спутанные в нервный клубок чувства, ее стихи, то чутко-мелодичные, то хлесткие, словно кнут. Раньше, в момент основания музея, в домике проводились экскурсии, и можно было увидеть обстановку, в которой гостила Марина. Но дом, особенно деревянный, без чуткой заботы обречен на медленную смерть. Цинично, но одним лишь трепетным отношением сотрудников музея и их преданной любовью к своему детищу не обойтись — нужны средства, и не малые.

2

Мне до боли обидно за наши музеи! В этой стране, где все меряется деньгами, неким эталоном служит количество открытых банков и проданных цацок. Правительство подсчитывает уровень ВВП, субсидирует Чечню (еще бы, они обеспечивают более чем стопроцентную поддержку партии власти!), тратит безумные средства на никому не нужную Олимпиаду — будто бы другого применения не дано найти, создавая призрачную иллюзию всеобщего благоденствия. На мой же взгляд, об уровне жизни в стране нужно, прежде всего, судить именно по учреждениям культуры: разгромленным кинотеатрам, закрывающимся библиотекам, расформированным детским кружкам, едва выживающим музеям, существующим на голом энтузиазме сотрудников, с пожелтевшими, написанными от руки табличками около погибающих на глазах экспонатов, ютящимся в полуразрушенных старинных особнячках. Задумайтесь, глядя на уходящий в небытие домик великой русской поэтессы, — какое место занимает в нашей стране культура? И о каком благосостоянии страны, ее уровне жизни можно говорить, если наше «экономически благополучное» государство допускает такое?!.

2

…Мы осторожно открываем калитку. На крыльце домика Лебедевых нас встречает забавная собачка — единственный охранник. Робко проходим в холодные сени. Экскурсия уже идет, и нам предлагают присоединиться. Вообще, я впервые вижу такой музей. Из сотрудников — директор Готгельф Лев Кивович и экскурсовод Татьяна Сергеевна (смотритель-кассир-билетер-продавец в книжном киоске в одном лице). Это большая удача, что мы попали практически к началу экскурсии, продлившейся 2 часа!

4

В сенях стоит горшочек, куда и следует положить денежку — всего-то 60 рублей — такая вот касса самообслуживания. Билеты никто не выдает, деньги не проверяет — здесь все на доверии. И вот за эти-то крохи вам проведут полноценную 2-часовую экскурсию, с головой погрузив в жизнь и творчество семьи Цветаевых.

1

Экскурсовод Татьяна Сергеевна — настоящий энтузиаст, живой, энергичный, неугомонный человечек, филолог по образованию. Она до глубины души увлечена своим делом и беззаветно влюблена в семью и творчество Цветаевых. Может бесконечно долго, с жаром, знанием предмета, интересно и поразительно живо рассказывать о каждой вещи в коллекции этого замечательного музея-метафоры, где «воссоздается поэтическая атмосфера Серебряного века, а экспозиция строится не от экспоната к экспонату, а от метафоры к метафоре». Ибо и вся поэзия Марины была очень метафоричной. Эта крошечная женщина, равно как и ее рассказ, потрясли меня с первых минут нашей встречи до глубины души, как впечатляют люди небезразличные, увлеченные, любящие свое дело. И я бесконечно благодарна Татьяне Сергеевне за этот трогательный, лиричный и одновременно жаркий рассказ-экскурсию, за 2 часа, пролетевших незаметно.

2

Музей-метафору сестер Цветаевых называют странным. Конечно, нашему циничному, помешанному на бабле народу куда «статусней» показывать фотки себя любимого в дорогущей лыжной экипировке на фоне искусственно заснеженных вершин очередного пафосного курорта, чем старинные документы и снимки. Да и штамп, что мемориальный музей обязательно должен быть набит личными вещами с соответствующими подписями: «этой ложкой ел поэт N», «на этом стуле сидел композитор, А», а «на этой кровати во сне привиделась та самая формула известному химику С», — отнюдь не способствует популярности цветаевской экспозиции. Согласна, вещи великих людей хранят их особую ауру, по-своему интересны и с ними могут быть связаны занимательные истории, но ведь документы также могут рассказать о многом! Для меня, как человека по роду своей деятельности немного связанного с архивным делом, важными кажутся именно эти пожелтевшие фотографии, рукописи, документы. Да, в составе основной экспозиции вы не увидите личных вещей Марины (с ними можно ознакомиться в ходе экскурсии «Александров — столица «101 километра»), зато здесь очень много фотографий. Цветаевский музей, безусловно, заинтересует поклонников поэтессы. Но даже если вы не интересуетесь творчеством Марины Ивановны, загляните на маленькую экспозицию-метафору — возможно, вы заново откроете для себя Цветаеву. Если, конечно, вам позволит ваш уровень IQ xD.

2

Итак, экспозиция. Минуя сени, мы попадаем в просторную комнату с золотистыми деревянными стенами. В прохладном воздухе витает теплый запах дерева, деревни — запах родом из детства. Наверное, так пахнет счастье. Эта экспозиция повествует о счастливом времени, проведенном поэтессой в Александрове. «Александровское лето Марины Цветаевой» — так назовут этот благодатный и плодотворный период в творчестве поэтессы литературоведы, уникальный феномен, продолжавшийся до обидного мало времени, с 1915 по 1917 годы.

1

Все в этой комнате пропитано метафорами. На 2 половины (словно, на 2 жизни, 2 судьбы, впрочем, Марине вообще была свойственная некая двойственность) разделена она темным зеркалом реки. Символизирует это то ли реку Жизни, то ли реку Стикс, за которой начинается другое — иное — бытие, — каждый, видимо, должен понять (прочувствовать!) сам. Через реку перекинуты 2 (и снова 2!) очаровательных мостика.

3

На «той» стороне — окна — фотографии, через которые можно наблюдать за жизнью провинциального Александрова периода «Цветаевского лета». Стены — панорамы, виды городка начала XX века, ожившие ретро-снимки. Странным (мистическим, как и все на «той» стороне) образом мы получаем возможность как бы видеть все глазами Марины, словно попадая под влияние временной петли, кажется, что слышим голоса, счастливый детский смех, скрип проезжающей повозки, колокольный звон…

1

Из окон, со стен и стендов — с пожелтевших фото — смотрит Марина, смотрят ее современники, друзья, родные, люди из цветаевского окружения. За их взглядами призрачными видениями, трескучей довоенной кинопленкой оживают, словно проявляются, их судьбы.

2

Льется рекой (то светлым ручейком, то бурным потоком — и снова метафора: вода — жизнь) рассказ Татьяны Сергеевны. Порой кажется, что люди на снимках ей не просто хорошо знакомы, они ей ближе, чем родные. И всякий раз монолог экскурсовода возвращается к центральному, большому (во всю колонну) снимку, главному на этой экспозиции, тому, что встречает вас сразу, как только вы переступаете порог музея-метафоры.

1

На фотографии — шестеро. Она будто вся — олицетворение «Цветаевского лета», Марининого счастья. Это последнее фото в таком (полном) составе — словно (метафора?) кусочек августовского солнца (медовые стены, желтый свет, палевые оттенки ретро-снимков — здесь все будто тонет в золоте) перед затяжным осенним ненастьем.

«Пышность старых палисадов,

Строгость белого Кремля…

Александров, Александров

Манит пряником меня!

Пусть была дорога длинной —

Так легко дышалось тут.

Это Ася и Марина

Погулять с собой зовут.

Рядом и мужья, и дети…

Не вернутся эти дни.

Только здесь на белом свете

Были счастливы они.

Потому-то мне так дорог

Среди всех моих потерь

Этот дивный древний город,

Этот строгий белый Кремль.».

1

Анастасия Цветаева (Ася) приехала в Александров к своему второму мужу, Маврикию Минцу (Мореку), служившему в городе военным инженером-химиком. Марина часто приезжала к сестре в гости. На самом главном фото: миловидная Ася с Андрюшей, сыночком от первого брака с Борисом Трухачевым, и склонившая голову к своей доченьке Ариадне (Але) Марина. По странной случайности мужчины за их спинами — мужья, но за Анастасией стоит супруг старшей сестры, Сергей Эфрон, а за Мариной — Морек. Тот самый, кому Марина Ивановна посвятит самое лучшее стихотворение о нелюбви:

«Мне нравится, что вы больны не мной,

Мне нравится, что я больна не вами,

Что никогда тяжелый шар земной

Не уплывет под нашими ногами…».

Марина счастлива. Она пишет в запой, по стихотворению в день, в этот период рождаются поэтические циклы «К Ахматовой», «Стихи о Москве». Анастасия работает над своей второй книгой «Дым, дым и дым». Их окружают близкие и друзья, в семьях Цветаевых царят гармония и любовь.

Для Марины (того периода) счастье заключается именно в любви. Она привязана к своему мужу, но как человеку творческому, поэтическому, то стремящемуся в светлые лучи солнечных облаков, то падающему в низменную пучину человеческих страстей, ей мешает любить это самое замужество, означающее не только романтические отношения, но и приземленный быт.

«Я, когда люблю человека, беру его с собой всюду, не расстаюсь с ним в себе, усваиваю, постепенно превращаю его в воздух, которым дышу и в котором дышу, — в всюду и в нигде. Я совсем не умею вместе, ни разу не удавалось. Умела бы — если бы можно было нигде не жить, все время ехать, просто — не жить. Мне, Саломея, мешают люди, № домов, часы, показывающие 10 или 12 (иногда они сходят с ума — тогда хорошо), мне мешает собственная дикая ограниченность, с которой сталкиваюсь — нет, наново знакомлюсь — когда начинаю (пытаться) жить. Когда я без человека, он во мне целей — и цельней. Жизненные и житейские подробности, вся жизненная дробь (жить — дробить) мне в любви непереносна, мне стыдно за нее, точно я позвала человека в неубранную комнату, которую он считает моей» (Марина Цветаева, цитаты).

Посему Марина даже в провинциальном Александрове ищет не просто общения с людьми интересными, неординарными, талантливыми, утонченными и хорошо образованными, заявляя: «…не люблю интеллигенции, не причисляю себя к ней, сплошь пенснейной. Люблю дворянство и народ, цветение и (корни)» (Марина Цветаева, цитаты). Такой, например, была дружба с сестрами Аделаидой и Евгенией Герцык, чье фото в полный рост (в одинаковых шляпках, длинных юбках и с зонтиком) мы видим в музее.

2

Марине нужно постоянно пребывать в состоянии легкой влюбленности, чтобы от эмоций закипала кровь, кружилась голова и трепетно билось сердце — всегда в ожидании. Чего-то. Кого-то.

В поисках вдохновения (и новых ощущений) Марина бросается в омут отношений с волоокой красавицей-поэтессой Софией Парнок, после неудачного замужества решившей кардинально сменить ориентацию. Цветаева первоначально в полном восхищении от своей пассии: София старше, она уже известна в литературных кругах, плюс окружающий ее ореол загадочности и некой греховности, что не может не привлекать мятежную душу Марины. Цветаева посвящает Парнок цикл стихов «Подруга» и… в конце отношений характеризует их роман как «первую катастрофу в своей жизни».

На этой экспозиции-метафоре, как я уже упоминала, мы не увидим личных вещей Марины. Но (тут Татьяна Сергеевна указывает на окошко) можем увидеть ту самую тропку, по которой Цветаева, накинув на плечи легкую шаль, бежала теплым летним вечером на телеграф: предупредить своего любовника, чтобы он не торопился приезжать, так как муж решил задержаться в Александрове. Ее новое увлечение — красивый молодой человек с утонченными чертами лица и грустными глазами, чью фотографию (опять же в полный рост), будто в противовес семейной жизни поэтессы мы видим на колонне с главным фото. Он — Осип (Иосиф) Мандельштам. И он, естественно, поэт. Еще он молод, романтичен, безумно восхищен Марининым талантом, влюблен в ее стихи (и в нее), следует за Цветаевой повсюду, конечно же, приезжает и в Александров. А Марина ведет его на свидание… на кладбище, то самое, при Боголюбской церкви, ведь смерть для нее всегда была овеяна неким ореолом романтики. Сон — это маленькая смерть. И во сне можно позволить себе, что угодно, не страшась упреков и последствий.

«Возьми меня с собой спать, в самый сонный сон, я буду лежать очень тихо: только сердце (которое у меня — очень громкое!). Слушай, я непременно хочу проспать с тобой целую ночь — как хочешь! — иначе это будет жечь меня (тоска по тебе, спящем) до самой моей смерти» (Марина Цветаева, цитаты).

Впрочем, Осип совсем не разделяет Маринин мрачный романтизм, прогулки среди надгробных камней пугают молодого человека, и он спешно сбегает (навсегда!) из Александрова и от Марины. Любить Марину трудно. И мужу. И любовникам. Ведь ей надо так много и так мало.

«Меня нужно любить совершенно необыкновенно, чтобы я поверила» (Марина Цветаева, цитаты).

1

Мне хочется остановить мгновение. Чтобы Цветаевы всегда жили в Александрове, где были счастливы. Но неминуемо грядет красная (кровавая) революция. И вместе с крахом привычного устоя начинается рушиться жизнь сестер.

Умирает от перитонита муж Аси, Маврикий. Милый, добрый, все понимающий Морек, прощающий не менее ветреной, чем старшая сестра, Анастасии ее воздыхателей, даже привечающий их у себя в доме, в том числе, и ее первого мужа, Бориса Трухачева, любящий, как родного, своего пасынка Андрюшу и их с Асей — уже общего сына — Алешеньку. Умирает буквально на руках Марины — той, что «не болела им» и кем «не был болен он», «увы» — вздох сожаления в конце стихотворения. Ася в это время с детьми в Крыму. И на похороны любимого мужа, ее «рыжего милого Морека», не успевает… Немногим позже ей предстоят похороны младшего сына — вот и не стало даже того, кто мог бы еще напоминать (хоть как-то связывать!) Асе о Маврикии…

Марина тоже не поедет на похороны своего близкого человека. Своей девочки. Не потому, что не успеет. Не сможет. Потому что, раз уж не навещала ее живую, было бы цинично плакать возле мертвой. К ней — это к младшей дочери Ирине. В голодные послереволюционные годы Марина была вынуждена отдать своих дочерей в приют в слабой (наивной!) надежде, что так для девочек будет лучше. Но голод и болезни чуть было не погубят ее старшую и любимую Алю (Марина в страхе забрала ее обратно) и не оставят шансов на выживание трехлетней Ирине. Моральную сторону этой ситуации можно обсуждать до бесконечности. Но, во-первых, как я уже упоминала, Марина — поэт, человек творческий, для которого все приземленное, бытовое кажется ужасным и просто не интересным: «Живу как сомнамбула: ем, пью, перекладываю, кормлю. И вечная посуда. И соринки, которые подбираю. Нужно это моей душе? Нет. Точно меня кто впряг — и везу» (Марина Цветаева, «Сводные тетради»). Во-вторых, мы (счастливые люди!) не знали такого голода и нищеты, в которых оказалась привыкшая к праздной жизни Марина. И, в-третьих, Цветаева и без того на всю жизнь останется наказанной, ибо после «Цветаевского лета» практически ничего хорошего (кроме рождения обожаемого сына Георгия — Мура) у нее не случится.

2

Ее не приняла эмиграция: «Я совсем одинока, и в жизни, и в работе — как во всех школах моего детства: за границей — „русская“, в России — „иностранка“ — со многими друзьями, которых никогда не видела и не увижу. Совсем одна — с моим голосом» (Марина Цветаева, цитаты).

От нее отказались ее близкие, муж и старшая дочь: «Как жалко, что люди не знают меня, когда я одна. Если б знали — любили. Но никогда не узнают, потому что такая я — именно оттого что одна» (Марина Цветаева, цитаты). Сергей Эфрон «посвятил себя политической борьбе, примкнув к сторонниками белого движения», его взгляды разделяла и Ариадна. Возвращение в Россию обернулось для обоих арестом. Вскоре началась Великая Отечественная война, эвакуация в татарский городок Елабугу.

«Маяться — мой глагол!» (Марина Цветаева, цитаты).

…По мостику переходим зеркальную реку на другую сторону, гуляем, вглядываясь в лица старинных фото, и вновь возвращаемся к той, самой главной фотографии.

Говорить о смерти Марины надо, но не знаешь, где. Потому что здесь, в усадьбе Лебедевых, она была еще жива (и счастлива), потому что и за пределами этой экспозиции последует рассказ о ней (в рамках экскурсии «Александров — столица «101 километра»), потому что до сих пор Александров помнит ее шаги — метафоры (прогулки). А пока жива память — жив и человек.

Марину сломала система, а убило время. Которое она так и не смогла принять, и которому она была не нужна. Это ведь так свойственно нашему государству (во все времена) — умные, светлые, талантливые люди ему не нужны, всегда легче управлять не умеющим мыслить быдлом.

«…я могла бы быть первым поэтом своего времени, знаю это, ибо у меня есть всё, все данные, но — своего времени я не люблю, не признаю его своим» (Марина Цветаева, цитаты).

1

Свою гибель Марина предчувствовала всегда, казалось, вся ее жизнь была направлена на угасание, шаг за шагом приближая ее к мостику через Стикс. Она обращалась к теме смерти в стихах:

«Уж сколько их упало в эту бездну,

Разверзтую вдали!

Настанет день, когда и я исчезну

С поверхности земли…».

Она говорила об этом знакомым: «Жизнь — вокзал, скоро уеду, куда — не скажу» (Марина Цветаева, цитаты).

Марина уйдет первой — сознательно. И неосознанно пропустят ее вперед любимые мужчины — муж и сын, ненамного, но она об этом никогда не узнает. В октябре 1941 г., когда угроза приближения фашистских войск к столице покажется неизбежной, Сергея Эфрона расстреляют в застенках НКВД — так, на всякий случай, ибо власти посчитают опасным оставлять в живых то ли предателя, то ли политзаключенного (мало ли какие тайны он мог выдать гитлеровцам). В 1944 г. в ходе военных действий в Беларуси будет убит Георгий Эфрон, милый Мур, как называла его Марина.

Марина Цветаева удавилась. Как Есенин. Как моя подруга. С которой договаривались пойти на концерт, на понедельник, а уже в воскресенье было понятно, что все решено, никуда мы не пойдем… Зачем??? Талантливые, несчастные люди… Так больно… До сих пор… Зачем?.. Обрывки мыслей…

Где находится могила М. И. Цветаевой, доподлинно не известно. Ее сестра, Анастасия, лишь примерно указала место захоронения на кладбище в татарском городке Елабуге, где и поставили мемориал. У дочери Марины, Ариадны, намотавшейся по лагерям и реабилитированной лишь через 15 лет после репрессий, детей не было. У великого поэта М. И. Цветаевой, таким образом, не осталось потомков.

Мир Марины рухнет. Но останется память о ней. Ее стихи, проза, ее облеченные в слова — дрожащие строчки рукописей — мысли.

«…вычеркнув из своего душевного обихода и словаря — слова (и понятия) — совесть, расплата, нищенство, больница, тюрьма, братство, любовь, труд — что тогда от мира и от сердца останется?» (Марина Цветаева, цитаты).

3

…Притихшие, впечатленные, ошарашенные, мы покидаем экспозицию-метафору. В сенях обращаем внимание на развешенные по стенам картины местного художника — радостные, яркие пейзажи, виды старого Александрова, кажется, что именно таким видела его (и запомнила на всю свою несчастную жизнь) Марина.

1

Заходим в деревянный домик — книжную лавку, холодную и такую же спело-подсолнечную, как дом Лебедевых — от обилия дерева, вкусно пахнущую деревом. Витрина с фотографией Марины, открытки, прилавок с книгами (растерялись и ничего не купили, а жаль), а над головой парит архангел с золотой трубой.

1
1

Это тоже подарок Марине (может, взамен ее разрушенной беседки?) от александровских умельцев. Мне тоже кажется, что поэтессе подобное (метафоричное!) оформление бы понравилось.

2

Переходим через дорогу, нас ждет следующая экспозиция — «Александров — столица «101 километра», которая также включена в 2-часовую экскурсию за 60 рублей. Татьяна Сергеевна показывает рукой на здание, где квартирует какое-то детское объединение (могу ошибаться), на его стенах — большие фотографии-картины. На одной из них — суровая женщина с детишками, это няня сыновей Анастасии, простолюдинка, дама крутого нрава и (почему-то не удивляет) нетрадиционной ориентации. Была до такой степени влюблена в свою хозяйку, что нарочно простужала ее детей, чтобы Ася никуда не уезжала из Александрова. Даже хотела накормить их стеклом (не зря кто-то из близких Цветаевых назвал ее «варваром»), но, к счастью, до этого не дошло. Так что, в семье Анастасии бушевали не меньшие страсти, чем у ее сестры. Впрочем, историю Аси нам лучше расскажут именно в рамках экспозиции «Александров — столица «101 километра».

1

Располагается она в корпусе бывшей мануфактуры промышленников XIX века Барановых. Двухэтажное весьма обшарпанное здание, сквозь белую отслаивающуюся штукатурку и нелепые разномастные рекламные вывески (бич Александрова — он даже здесь!) еще можно разглядеть интересные черты фабричной архитектуры — по сегодняшним меркам здание слишком аристократично для производства. Проходим внутрь, и Татьяна Сергеевна сетует, что это здание не полностью принадлежит музею (не хватает средств на то, чтобы выкупить), вот и занимают его различные фирмочки. Хоть бы постыдились (это я от себя добавляю) вывески свои уродливые по всему фасаду дома (старинного!) развешивать, в то время как с первого раза даже не догадаешься, что здесь музей.

1

Экскурсовод открывает замок и предупреждает, чтобы не пугались. Для антуража при входе на экспозицию срабатывает сирена — такая же, как в лагерях. Звук мало приятный, а эмоционально сильная, глубокая экспозиция и без того погружает нас в годы репрессий, заставляя сердце сжиматься от ужаса, боли и несправедливости. Нет, не могу я понять, как государство могло так обойтись со своими гражданами, не преступниками — людьми, просто не согласными с существующей политической системой и насаждаемой идеологией, диссидентами?..

1
1

Мы попадаем в просторный зал, отсутствием окон, высоким побеленным потолком, побеленной же кирпичной кладкой стен напоминающий подвал. Здесь холодно, и этот озноб (от температуры воздуха или леденящего душу ужаса?) не покидает нас на протяжении всей экскурсии.

1

Татьяна Сергеевна с жаром рассказывает об изгоях системы, сосланных сюда, за «101 километр». Вообще-то, Александров находится на 111 км, просто в те времена это был самый ближайший к столице город. В Александров ссылали в основном политических заключенных: врачей, педагогов, литераторов, искусствоведов, художников, скульпторов, музыкантов, ученых — тех, кто чудом выжил после лагерей, но все равно не был угоден власти, соответственно, не имел права проживать в златоглавой. Вот и высылали диссидентов, умных, образованных, талантливых, неординарных людей, сюда, в провинцию. Впрочем, получить прописку в Александрове считалось большой удачей — здесь было легче оставаться на связи с оставшимися в столице друзьями и родными.

Рассказ начинается с Аси. Вообще, особенность александровского музея Цветаевых заключается в том, что младшей сестре здесь также уделено должное внимание, она не остается в тени Марины, ведь ее жизнь заслуживает внимания, уважения и восхищения.

1

Кстати, на этой экспозиции представлены личные цветаевские вещи: в старинных буфетах мы можем видеть рукописи сестер, издания с их произведениями, чашку и прядь волос Марины, парижские картины Ариадны.

1

Винтажная мебель немного не к месту смотрится в этом зале, больше похожем на тюремные застенки. Но тем трогательней эти изящные стулья и этажерки, ширма, старинные часы, театральный фрак — они здесь похожи на воспоминания, призрачной, тоненькой ниточкой связывающие жизнь светлую, аристократичную, наполненную высокими чувствами и радостью, и кошмары лесоповала.

2
2
1

Мы видим 2 старинных рояля, один из которых, фирмы «Pleiel», принадлежал Анастасии. Татьяна Сергеевна поднимает крышку, дотрагивается до клавиш, и под высокие своды зала, похожего на застенки, взлетает мелодия. Удивительно, но здесь проводятся концерты и литературные встречи — у противоположной стены стоят ряды стульев.

1

Цветаевы жили в тяжелое время, на рубеже смены веков, смены власти, когда приходилось выбирать, кого поддерживаешь именно ты. Нам рассказывают о детях сестер — Але и Андрюше, на долю которых выпали нелегкие испытания: аресты, тюрьмы, ссылки. Об Асе — «нежной дворяночке» (как ее называет Татьяна Сергеевна), приговоренной к 10 годам лагерей по «контрреволюционным статьям».

1

Она после смерти мужа вдруг ударилась в религию, дала 3 обета перед Богом, один из которых — говорить только правду. Вот за то, что не стала «стучать» на своих близких, наговаривать на друзей, обвинять в несуществующих грехах соседей (что было обязательным во времена произвола НКВД), Анастасию отправили в БАМлаг.

1

Прекрасное образование Аси помогло ей выжить в, казалось бы, нечеловеческих условиях. Она хорошо рисовала, чертила, знала иностранные языки, посему вскоре была определена в так называемую «шарашку» — некое подобие конторы. Что, конечно, не намного уменьшило тяготы лагерной жизни.

1

Это невообразимо — хрупкая женщина, попавшая в жуткие условия, пережившая смерть мужа и младшего сына, смирившаяся с арестом старшего, выдержавшая нечеловеческие допросы (ей не давали спать) и унижения (чекисты уничтожили многие ее произведения), давшая обет целомудрия, но не сломленная, — написала в лагере роман «Amour» — о любви! Писала на английском — чтобы не забыть язык. На папиросной бумаге — тонкие свитки было проще выносить за пределы зоны ее знакомому заключенному, имевшему право на свободное передвижение. Правда, треть романа в годы Великой Отечественной войны выкурили (папиросная бумага тогда была в цене), но освободившаяся Ася его восстановила!

2

Я не представляю, какой силой духа надо обладать, чтобы выдержать все это. И прожить до 98 лет (Анастасия и ее сын Андрей, кстати, присутствовали при открытии Цветаевского музея в Александрове). Подвиг этой женщины меня искренне впечатлил!

1

Впрочем, как и рассказ о судьбах тех, по кому прошлась машина репрессий, и чья судьба оказалась тесно связана с Александровом. Люди науки и искусства, диссиденты, — они смотрят на нас с черно-белых фотографий, ужас их судьбы кричит немыми строчками пожелтевших документов.

1

Экспозиция здесь, как и в домике Лебедевых, построена по принципу окон-витрин с распахнутыми ставнями, через которые мы можем видеть жизнь репрессированных — на фоне ретро-панорам города пестреют старые фото и бумаги.

1

Одно из окон музейщики не стали реставрировать, оставили таким, как было раньше. Если на него смотреть под определенным углом, то рисунок дощечек забитого наглухо окна складывается в длинный коридор, в конце которого закрытые створки двери — тупик. Что крайне символично для этой экспозиции. Безысходность. Правда, для переживших ужасы репрессий людей это было не просто модное словечко, которым так пафосно бравирует вся молодежь. Безысходность была их судьбой. А они, эти сильные, умные, светлые люди, не просто не покорялись ей, а еще и стремились помогать другим.

1

Как, например, Сергей Никитич Масленников, земский доктор-самородок, изобретший чудодейственное лекарство на основе гриба чаги, помогающее облегчить состояние онкологических больных. Врач помог вылечиться даже писателю А. И. Солженицыну, который написал о прогрессивном методе в своей книге «Раковый корпус», специально не изменяя имя лекаря, дабы страждущие могли обращаться к александровскому врачу. И к нему обращались. Правда, власти были, как всегда недовольны, запрещая Масленникову практиковать и обвиняя его чуть ли не в шарлатанстве. Сочувствующие медику александровцы тайно приносили ему необходимые ингредиенты, дабы Сергей Никитич и дальше мог помогать больным. В Александров со всех уголков России слетались письма, приезжали люди, для которых земский доктор оставался последней надеждой. Он никому не отказывал, при необходимости высылал лекарство по почте. Мы смотрим на витрину, посвященную доктору Масленникову, где представлены фотографии, документы, нехитрые медицинские приспособления, образец гриба чаги, и проникаемся глубоким уважением к этому потрясающему Человеку.

1

Впрочем, о каждом из героев этой экспозиции можно говорить бесконечно. Например, по словам экскурсовода, директор Цветаевского музея Л. К. Готгельф как раз специализируется по теме «101 километра» и проводит здесь 6-часовые экскурсии! Нам же запомнились реставратор П. Д. Барановский, отстоявший московский храм Василия Блаженного, и бывший заключенный ГУЛага А. Колосов, чьи картины со сценами из лагерной жизни (пробирает до дрожи!) органично дополняют экспозицию.

Во втором (малом) зале мы узнаем не менее горькие истории репрессированных-иностранцев.

Стенды в форме красных звезд — снова символично, скульптуры А. Григорьева (он тоже прошел ГУЛаг), витрины-окна, рамки, фотографии, документы, рукописные, печатные, старая кукла за стеклом — господи, сколько здесь боли!..

1
1

В конце экскурсии даже мой муж, человек еще более циничный, чем я, плакал…

Мы вышли. Жадно вдыхали сырой зимний воздух. Снег прекратился, будто выполнил свою миссию, заставив нас искать убежище от непогоды в Цветаевском музее. Мы просто шли по улицам, не в силах перевести дыхание от увиденного, услышанного, узнанного, осознанного — всего, и о «Цветаевском лете», и о «101 километре». Снег под ногами на разбитой дороге превращался в грязь, кажется, мы поднимались в горку, мимо каких-то окраин, деревьев в тяжелых влажных кружевах, жутких обшарпанных домов и огородов с высокими теплицами из оконных рам, на автомате щелкнула ярко-голубую избушку — видимо, лишь потому, что она своей нарядностью выбивалась из контекста окружающей действительности.

В голове метались сумбурные мысли, обрывки из рассказа Татьяны Сергеевны, свои ощущения… Марина… Она вот так же, может, ходила здесь, по этой дороге… видела этот дом, что и я… На почтамт, позвонить Осипу… А муж, Сергей Эфрон, был младше ее, в своей книжечке детской, «Детство», использовал стихи Марины из ее сборника «Вечерний альбом», и глава последняя — про Марину же… Нет, глупости, «Цветаевское лето» — не могла она видеть Александров зимой… А Ася, «нежная дворяночка», на лесоповале… И доктор тот, лечивший чагой… Бедные диссиденты!.. Вся их жизнь — страдание и боль… Почему так больно?..

И уже после влитого мужем коньяка, с широко раскрытыми глазами, на выдохе — вот они, эмоции: «Это гениально! Все это потрясающе!!!». Потом с холодной ненавистью, холодом же в глазах (внутри горячо!) в который раз строчка из песни группы «Lumen»: «Я так люблю свою страну и ненавижу государство!»

Музей сестер Цветаевых меня потряс. До глубины души. Настолько, что все остальное воспринималось уже не так остро. Пришлось просто гулять по городу, приходить в себя, и только к вечеру я была готова к посещению усадьбы Первушина. Ну, а Кремль и подавно оставили на следующее утро (все-таки, я молодец, что запланировала двухдневную поездку!).

Наверное, для того чтобы творить, писать (не важно, что, стихи, прозу, музыку, картины), надо быть абсолютно несчастным, ибо человек счастливый, способный только на позитивные эмоции, может лишь создать бездушные лубочные картинки, и только опустившийся на самое дно безысходности способен сотворить шедевр.

…Снова пошел снег, но уже редкий, мягкий, почти невесомый.

3
Продолжение следует...

Часть 3

Часть 4

Комментарии

onegina17
+1
27 марта 2015 г. 9:08
Спасибо, было интересно!
Ena
+1
27 марта 2015 г. 10:13
onegina17, спасибо Вам за внимание
Butyrskii
+1
27 марта 2015 г. 10:46
Насыщенный обзор, люблю такие, очень помогают при подготовке к поездке - спасибо
Ena
+1
27 марта 2015 г. 11:33
Butyrskii, спасибо. На самом деле - это лишь рассказ о церкви и музее, подробный, конечно, но только потому, что мне близка эта тематика. Конечно, историю семьи Цветаевых можно услышать в музее или прочесть самим, но мне захотелось пропустить эту информацию через себя, так сказать, самой что-то понять, уяснить, высказать...Но если для кого-то рассказ будет не только интересным, но и полезным, мне будет очень приятно
Margaritka
+2
27 марта 2015 г. 10:56
Эна, захочешь что-нибудь добавить и не найдешь! Искрене считаю такие исчерпывающие материалы с экскурсами в родную историю необходимыми как для тех, кто собирается туда, так и для расширения кругозора тех, кто никогда не соберется!
Ena
+1
27 марта 2015 г. 11:49
Margaritka, мне близка и интересна цветаевская тема, да и вообще, едва ли не решающим аргументом в этой поездке был тот факт, что в Александрове есть этот музей. Так что, скорей всего, это литературный очерк, хотя и о временах репрессии, коим посвящена, вторая экспозиция, тоже хотелось рассказать. Меня и эти истории, и этот музей задел просто до глубины души, вызвал такой шквал эмоций, что долго не могла отойти.

После поездки много читала о Цветаевой, что-то новое узнавая, что-то в памяти воскрешая. Книжку мужа Марининого, "Детство", тоже прочла. Трогательно - местами хотелось улыбаться, местами плакать. А я ничего не знала о нем. И судьба Аси как-то прошла мимо, а ведь она тоже - писательница. Как мало нам давали в школе, как мало знала я - какие-то жалкие скомканные обрывки биографии, где-то вычитанные в книгах стихов, услышанные по радио. Еще в детстве услышала по радио передачу о Марине - и сразу как-то запала в душу и сама Марина, и ее стихи. Хотя, что я тогда могла понимать... А стихи Цветаевой обожаю - нестандартные они, какие-то болезненно-сложные, и очень близкие мне по настроению.

А после экспозиции о репрессиях захотелось наконец-то прочесть "Архипелаг Гулаг". Я. конечно, что-то читала - слышала об этом, но именно в этом музее прочувствовала всю боль, всю глубину людской трагедии...
Margaritka
+1
27 марта 2015 г. 13:07
...пути истории несповедимы, как и личности в истории!
Полностью разделяю ваши с Настей чувства sheftali
Ena писала 27 марта 2015 г. 11:49
А после экспозиции о репрессиях захотелось наконец-то прочесть "Архипелаг Гулаг".
Моё почтение и понимание, Эна!
Ena
31 марта 2015 г. 13:07
Спасибо, Рита
sheftali
+1
27 марта 2015 г. 11:14
Читала сквозь слёзы безысходности
Ena
+2
27 марта 2015 г. 12:18
sheftali, у меня были такие же ощущения, когда вышла из музея, когда потом, дома уже, собирала недостающую информацию, писала этот очерк. Судьбы всех этих людей (и сестер, и репрессированных) - это так жутко, так больно! И надо, надо об этом больше писать, говорить, рассказывать, чтобы не повторять ошибки прошлого. Вообще, я считаю, когда государство борется против своих же граждан (не хочу проводить параллели с ситуацией сегодняшней) - едва ли не самое худшее, что может случиться со страной...
sheftali
+4
28 марта 2015 г. 12:02
Эна, я была бы не столь категорична в оценки деятельности нашего государства по отношению к своим гражданам.Это общемировое явление. И судьба сестёр Цветаевых не уникальна, от голода умирали талантливые люди и в Париже, где не было гражданской войны и сталинских репрессий.Государство по своей сути везде одинаково, просто наша боль нам ближе...Ругать его мы можем бесконечно, но толку не будет.Как и бороться против него тоже бесполезно, ибо государство -это ЛЮДИ. Наши с Вами соотечественники. Начиная с президента и заканчивая последним бомжем, всё это люди, а не инопланетяне. Пока не изменится сознание, мы так и будем жить.
Каждый народ имеет того правителя, которого достоин.
Ena
31 марта 2015 г. 13:44
sheftali писала 28 марта 2015 г. 12:02
я была бы не столь категорична в оценки деятельности нашего государства по отношению к своим гражданам
Настя, я, видимо, слишком много неправильной ( = протестной, неформатной) музыки слушаю , более того, за последние лет 5 она полностью перевернула мое сознание, предоставив ответы на некоторые вопросы. Плюс - я работаю в этой системе, и мне немного понятны государственные механизмы. Нет, конечно, сейчас не "37 год", да и попытки игр в демократию продолжаются. Но когда в "добровольно-принудительном порядке" нас заставляют ходить на всякие прогосударственные митинги, а перед выборами проводят "политинформацию" на тему "а вы знаете, кто ваш депутат от ЕР, понимаете, за кого нужно голосовать", становится не просто тошно - это вызывает закономерный протест.

Для меня, Настя, государство - это не люди, это механизм, машина, бездушный аппарат. Равно как и президент (любой крупный политик) - это фигура, фигура политическая, лишенная уже человеческих качеств, не имеющая права на ошибку. Нет, конечно, он не перестает быть человеком с биологической точки зрения, просто поднимается на такой недосягаемый уровень, что уже не воспринимается обычным живым существом. Он - в большей мере часть машины, он - государство. А люди, я бы привела такую цепочку: народ - нация (национальность) - страна. Я люблю свою страну, и народ ее люблю в большинстве. А вот политика государства меня крайне не устраивает. Хотя, это во мне анархические тараканчики говорят - я ведь в душе немного анархистка , правда, в той степени, в какой понимает анархию моя субкультура, это утопия, никогда и нигде не будет настоящей анархии, к сожалению...

sheftali писала 28 марта 2015 г. 12:02
Это общемировое явление. И судьба сестёр Цветаевых не уникальна, от голода умирали талантливые люди и в Париже, где не было гражданской войны и сталинских репрессий.
Вот и я о том - сложно найти страну, где государство организовало бы достойную жизнь. А уж когда оно (уже не про Россию, вернее, не только про нее) подвергает своих граждан наказаниям и преследованиям за инакомыслие (я не говорю о терроризме, о призывах устраивать беспорядки и проч.), а просто лишь за то, что они не поддерживают или критикуют существующую власть, политику правящей партии - это, на мой, взгляд, мерзко. И это потихоньку начинает происходить и у нас.

А что касается времен Красной революции, большевиков, сталинских репрессий - эти периоды мне омерзительны. Много было утеряно: и людей, и памятников истории и культуры. Захотели враз переписать историю - что из этого вышло? Я слишком много, Настя, вижу (читаю) разоренных храмов, национализированных в свое время (и не нужных никому сейчас) особняков. Но когда приходится сталкиваться со сломанными судьбами, как в этом музее, становится уж совсем не выносимо.

Пока не изменится сознание, мы так и будем жить.
Оно не изменится. Потому что народ может быть правильным и хорошим, и те, кто идут к власти - тоже, но только на первых порах. Власть (такая огромная, ограниченная лишь иллюзорно) - портит, деньги огромные - портят. Невозможно там, на верху, оставаться белым и пушистым. Поэтом заколдованный круг. И протесты - только на рок-концертах, и выкрики "Мы вам не верим!!!" - самообман, тебе только кажется, что ты сможешь что-то изменить... А ведь, когда ходила в эти выходные на концерт, когда кричала вместе со всеми - на мгновение показалось, что все - в наших руках...
hardsign
+1
27 марта 2015 г. 13:50
Правда, власти были, как всегда недовольны, запрещая Масленникову практиковать и обвиняя его чуть ли не в шарлатанстве.

Это не власти делают, это делают врачи, и если вы хотя бы немножко разберетесь в сути онкологического заболевания, поймете почему врачи запрещают - лечение онкологии может быть только хирургическое + либо химия либо облучение, других методов борьбы пока не существует.
Все остальные методы - это просто попытка спекуляции на чужой беде.
Никакие припарки примочки травки не могут остановить онкологический процесс. возможно кто то пытается помочь и не из корыстных соображений, но большинство. только с целью наживы. Поэтому конечно такие вещи нужно запрещать.
Ну это просто вам чисто для имформации. Это не попытка оправдать преступную деятельность сталиского режима.
Ena
31 марта 2015 г. 12:37
hardsign, спасибо за информацию. Насколько я знаю, Масленников помогал больным безвозмездно. Конечно, одной лишь чагой болезнь не вылечить - это лишь облегчало состояние больных. Но ведь Солженицыну этот врач помог. Как и многим другим.
hardsign
+2
31 марта 2015 г. 13:17
врач на то и врач чтобы врачевать, к сожалению сейчас в связи с резкой комерциализацией медицины про это забыли, все на продажу, все ради наживы.
увы.
хочется еще раз съездить в Мелихово и поклониться памяти доктора Чехова.
Еще раз спасибо вам за интересный рассказ.
Ena
31 марта 2015 г. 14:52
Нина, согласна с Вами! А я пока что в Мелихово не была, только читала... Всегда пожалуйста, приятно, что Вам понравилось
hardsign
+1
31 марта 2015 г. 14:59
могу составить компанию -)
Vikus
+1
31 марта 2015 г. 16:01
hardsign писала 31 марта 2015 г. 13:17
к сожалению сейчас в связи с резкой комерциализацией медицины про это забыли, все на продажу, все ради наживы
А в онкологии, Нина, особенно. Там даже не связи, а только деньги что-то решают. А что делать тем, у кого их нет? Всегда вспоминаю рассказ А.И. Куприна "Чудесный доктор".
hardsign
31 марта 2015 г. 16:13
я в курсе.
там если денег нет ставят диагноз - добро и посылают нафиг, а если есть деньги могут и бородавки химеотерапией лечить.
Vikus
+1
31 марта 2015 г. 16:20
hardsign писала 31 марта 2015 г. 16:13
могут и бородавки химеотерапией лечить
Это, к сожалению, лучший вариант. А если диагноз требует химиотерапии, то тут то порой и понимаешь, что жить тебе, возможно, осталось недолго... Учитывая стоимость некоторых препаратов и их доступность...
hardsign
+1
27 марта 2015 г. 13:58
«Мне нравится, что вы больны не мной,

Мне нравится, что я больна не вами,

Что никогда тяжелый шар земной

Не уплывет под нашими ногами…».


всегда считала что это посвящено Блоку
Ena
31 марта 2015 г. 12:37
Я тоже, если честно, только в музее узнала, кому на самом деле М.И. посвятила эти строки.
hardsign
+1
31 марта 2015 г. 13:14
Это со слов сестры.
elenarossi
+1
27 марта 2015 г. 14:01
Ничего не знала о Цветаевском музее в Александрове. Очень интересно! Внешне, конечно грустная картина, а внутри - очень информативно, столько экспонатов собрано энтузиастами!
Спасибо, Ена!
Ena
31 марта 2015 г. 12:38
elenarossi, всегда пожалуйста! С радостью готова открывать для людей интересные музеи, рассказывая о них, делясь информацией. А музей - сильный, так по крайней мере мне показалось.
hardsign
+1
27 марта 2015 г. 14:17
Ну что я могу сказать, если творчество Цветаевой бесспорно талантливо, то к ее личности у меня достаточно противоречивое отношение. К сожалению очень многая информация о ней достаточно спорная и выглядит не достоверной. Наталья Фокина, известная сценаристка и вдова Льва Кулиджанова , училась с Мариной в одном классе гимназии. Она характеризует Марина, как крайне глупую и неряшливую девочку, которой с трудом давалась учеба. Один мой знакомый, занимавшийся долгие годы исследованием жизни Цветаевой, крайне негативно отзывался о ее сестре. Считая ее виновной во многом, что погубило Марину.

Ну это относительно Цветаевой, а вы конечно молодцы!
сами съездили и нам рассказали.
Ena
+1
31 марта 2015 г. 12:43
hardsign, согласна. И с тем, что информация противоречивая, и с тем, что творческие личности - сами по себе люди сложные, в их душах столько всего намешано - и плохого, и хорошего. Наверное, ни к одному творческому человеку нельзя относится однозначно. Я могу ошибаться, но мне кажется, что именно гениальность, талант творческой личности исключает абсолютную святость. Мне не хочется оправдывать некую ветреность Марины Ивановны, ее неприспособленность к жизни, ее метания (хотя, читая некоторые высказывания, я понимаю, что могла бы подписаться едва ли не под каждым словом). Равно как и понимаю, что этот рассказ - совершенно не имеет отношение к глубокому изучению жизни и творчества Цветаевой. Здесь больше голых эмоций, что-то прочитала - зацепило, решила рассказать.
hardsign писала 27 марта 2015 г. 14:17
а вы конечно молодцы!
сами съездили и нам рассказали.
Спасибо, Нина
sovikont
+1
27 марта 2015 г. 14:37
Больно и горько..... года два назад поехала на русское кладбище в Париже ... такие эмоции и тишина внутри от ужаса того .какие люди , какая судьба, какая культура потеряна .... не думала что когда-то переживу подобное .а вот ... читала и было так .... и опять боль ....
Ena
+1
31 марта 2015 г. 11:25
sovikont, спасибо за понимание. За откровенность. Мне тоже было очень горько. Были в Свияжске - там тоже музей, где рассказывалось про репрессированных, политических заключенных. Жутко было. Но в Александрове почему-то в разы страшнее.
sovikont писала 27 марта 2015 г. 14:37
такие эмоции и тишина внутри от ужаса того .какие люди , какая судьба, какая культура потеряна ..
- Вы очень хорошо это сказали, София, правильно, мои мысли созвучны Вашим.
sovikont
+1
2 апреля 2015 г. 15:51
tinka61
+1
27 марта 2015 г. 16:15
Очень интересная информация, особенно касательно жизни Цветаевой.
Ena
+1
31 марта 2015 г. 10:47
tinka61, спасибо за внимание. Может, эта информация когда-нибудь пригодится Вам.
happiness
+1
27 марта 2015 г. 17:11
С интересом прочла Ваш рассказ.Не знала ничего о доме- музее Цветаевых. Очень тронула история их жизни.
Ena
31 марта 2015 г. 10:46
happiness, спасибо, приятно, что Вам понравилось. Вообще, существует несколько цветаевских музеев. Мы еще в Ивановском были - там родительский дом Цветаевых. В Елабуге тоже есть, например. Отличие александровского - в такой небанальной организации экспозиции, здесь не просто личные вещи - здесь олицетворение самого творчества Марины. И то, что Анастасии уделено внимание - тоже очень радует.
А история - да, очень грустная. Не единичная - скорей типичная для того времени, но оттого не менее печальная.
spatefillum
+1
27 марта 2015 г. 17:31
Ena писала 27 марта 2015 г. 11:33
это лишь рассказ о церкви и музее
от "лишь рассказов" у меня не бывает "мурашек" )
Сложные судьбы- и города, и семьи Цветаевых.
Но, наверное, еще больше меня впечатлил образ Татьяны Сергеевны. И так хочется, чтобы у нее было как можно больше таких неравнодушных слушателей, как вы с мужем
Ena
+1
31 марта 2015 г. 10:43
spatefillum, Люба, спасибо, очень приятно, что тебе удалось прочувствовать то, что мне хотелось вложить в этот рассказ.
spatefillum писала 27 марта 2015 г. 17:31
Но, наверное, еще больше меня впечатлил образ Татьяны Сергеевны.
Это - точно. Я просто читала несколько рассказов об Александрове, в т.ч. о цветаевском музее и Татьяне Сергеевне в духе: "какая-то сумасшедшая старуха затащила нас в избушку и 2 часа несла какую-то чушь про какую-то Цветаеву". Спрашивается, зачем люди вообще туда пошли, если им изначально не интересно??? Да, конечно, экскурсовод - довольно специфична, если не сказать фанатична (в первые мгновения ее настойчивость немного шокирует), но именно эта ее преданность делу, любовь к творчеству и глубокая заинтересованность подкупают, заставляют слушать. Меня всегда очень привлекают люди - огоньки, горящие, небезразличные, неравнодушные. Думаю, на ее энтузиазме (и директора - само собой) и держится этот музей.
spatefillum
+1
31 марта 2015 г. 10:47
Мне самой случалось встречаться с такими людьми. Если бы не они, многое очень важное ушло бы от нас безвозвратно...
Ena
+1
31 марта 2015 г. 13:14
Люба, полностью согласна! Жаль, что время безжалостно и быстротечно. Хотя вот, сейчас вспомнила, в одном провинциальном музее (кажется в Буе) смотрительницей работала совсем молоденькая девочка - по глазам видно, что заинтересованная. Вот это всегда радует.
Vikus
+1
28 марта 2015 г. 8:49
Сильно написано! Спасибо! Хотя я во многом не разделяю вашу точку зрения...
Ena
31 марта 2015 г. 9:56
Vikus, спасибо за внимание.
Vikus писала 28 марта 2015 г. 8:49
Хотя я во многом не разделяю вашу точку зрения...
Например, в чем? Было бы интересно узнать
Vikus
+1
31 марта 2015 г. 14:11
Во взглядах на жизнь, Олимпиаду и роль государства
Ответ на пост Sheftali читала, позицию Вашу понимаю
Ena
31 марта 2015 г. 16:49
Vikus, что делать - изъяны слишком видны, от этого грустно. Путешествовать по нашим городкам бедным грустно, видеть музеи разваливающиеся, храмы заброшенные. Грустнее вдвойне, т.к. имею некоторое представление о процессах - и как бюджет формируется, и на что тратится, и какие статьи доходные, и кто что решает. Мне работать грустно. Единственное, что я могу сделать - это качественно выполнять свою работу и не брать взятки

Мне не нравится то, что происходит в нашей стране, не нравятся эти политические игры, отражающиеся на простом населении, не нравится, что цены растут, а деньги расходуются на сомнительные мероприятия (ту же Олимпиаду - это лишь статус = пафос, практической пользы 0,0, вот уже и Фишт разбирать начали). Мы снова живем в грустное время, Vikus
Vikus
+1
31 марта 2015 г. 16:57
Ena писала 31 марта 2015 г. 16:49
Единственное, что я могу сделать - это качественно выполнять свою работу и не брать взятки
Эна, так это же здорово! Ведь государство - это люди. Чем больше таких людей, тем больше шансов, что государство будет хорошим. Надо еще побольше верить в людей!
Ena писала 31 марта 2015 г. 16:49
Мы снова живем в грустное время
Ну так говорят же, не дай Бог жить во времена перемен. Но они назрели и такова наша участь - жить во время перемен.
Ena
+1
1 апреля 2015 г. 12:27
Vikus писала 31 марта 2015 г. 16:57
Надо еще побольше верить в людей!
Хотелось бы
Vikus писала 31 марта 2015 г. 16:57
Ну так говорят же, не дай Бог жить во времена перемен.
У меня сразу же в голове строчка из песни гр. Кино закрутилась: "Перемен требуют наши сердца..." На самом деле, перемены - нужны и важны, без них будет застой. Главное, чтобы эти перемены были к лучшему
Vikus
+1
1 апреля 2015 г. 13:45
А группу Кино я очень люблю.
Ena
+1
1 апреля 2015 г. 15:24
marsada
+1
28 марта 2015 г. 14:42
Эна, я так понимаю в Александров можно уже не ехать - ничего я нового уже там не узнаю ))
БОльшую часть о Цветаевой я, безусловно, не знала.
Ena
+1
31 марта 2015 г. 9:55
marsada, ну что Вы, наоборот - надо непременно ехать, чтобы составить свое мнение, чтобы получить собственное восприятие. Ну, и в Александрове, кроме уже описанного, есть, что посмотреть. Впрочем, я продолжу на этой неделе выкладывать рассказ, поделюсь еще некоторыми интересностями. Но, конечно, тотально охватить все - не получилось, посему у Вас будет возможность отыскать что-то свое Музей минералов, например, при местном НИИ есть.
marsada писала 28 марта 2015 г. 14:42
БОльшую часть о Цветаевой я, безусловно, не знала.
У меня ведь тоже далеко не полный рассказ, так, краткие выдержки. Если попадете в цветаевский музей, получите более полную информацию и эмоциональную составляющую.
MarVi
+1
MarVi
28 марта 2015 г. 15:20
Эна, очень эмоционально ! Про музеи (любые) - мне печально, что их не поддерживают в должном состоянии. Стыдно так относится к своей истории.
Ena
+1
31 марта 2015 г. 9:51
Keisi, да, само посещение вызвало шквал эмоций - и вот они ожидаемо выплеснулись в местами злой, местами грустный рассказ. Но, видимо, по другому в тот момент я и не могла написать. Мне тоже всегда больно смотреть на провинциальные музеи (сколько я их уже посетила!), часто держащиеся на голом энтузиазме. И страшно подумать, а вот уйдут все эти бабушки-смотрительницы, и что станет с музеями?
Keisi писал 28 марта 2015 г. 15:20
Стыдно так относится к своей истории.
Вот именно! Но, к огромному сожалению, в этой стране наплевательское отношение к культуре, если только, конечно, культура эта не проплачена. Я вчера фразу одну вычитала;
Государство какое вообще отношение к культуре имеет? У него наоборот, антикультурная миссия. Оно из людей делает уродов. Из интервью Лёхи Никонова для портала "Прямая речь", 17.02.2014г..
Это очень грустно и жестко, но, если вдуматься, это правда.
MarVi
+2
MarVi
31 марта 2015 г. 10:39
Я часто задумываюсь, почему у нас так? Были и есть уникальные по своей сути места, которые можно было бы превратить в туристическую мекку и иметь при этом экономическую прибыль от сбора денег за посещение. Вся Германия на этом живет. В крошечном государстве более 2400 экологических музеев! А у нас Поле тюльпанов в Крыму, круче чем голландский Кекенхоф было - всё!,исчезло! не рентабельно!, нет теперь этого уникального места. Усадьба Храповицкого под Судогдой- уникальный парковый комплекс- ему равных не было в свое время, тоже - одни развалины. Да их много таких мест, что уж говорить о мелких музеях. Стыдно так относится к своей истории, какая бы она не была.
Ena
+1
31 марта 2015 г. 13:20
Марина, и я о том же! Кажется, можно приехать в любой городок, зайти в музей и написать как под копирку: нищета, разруха, держится на голом энтузиазме. Это грустно. Правда, создаются частные музеи - иногда удачные, но, как мне кажется, чаще - перереставрированные, лишенные некой честности, настоящности, приходишь и понимаешь - на тебе делают деньги, причем, наглым образом. Это ведь всегда чувствуется. Неужели так трудно найти ту грань, на которой сойдутся благополучие музея и его собственная душа?
Keisi писал 31 марта 2015 г. 10:39
Стыдно так относится к своей истории, какая бы она не была.
Вот именно! Ведь можно же все сделать нормально. Наверное, это никому не нужно... В таком случае забыть историю своей страны (а значит, и потерять к ней уважение, как сейчас уже происходит) - проще простого...
annaabrosimova
+1
29 марта 2015 г. 3:40
Эна, спасибо большое за Ваш рассказ. Ничего не знала об этом музее. Надо будет обязательно съездить. Чем больше людей приедут в этот музей, тем больше у него будет средств на восстановление. Я тоже очень люблю стихи Марины Цветаевой!
Ena
+1
31 марта 2015 г. 9:45
annaabrosimova, пожалуйста! Мне очень хотелось рассказать об этом музее. Почему-то подумалось, что именно Вас он заинтересует И вот тому подтверждение -
annaabrosimova писала 29 марта 2015 г. 3:40
Я тоже очень люблю стихи Марины Цветаевой!
Анна, побывайте, если получится. Кстати, можно приехать на цветаевские чтения летом. У меня после поездки в Александров была такая идея, но, традиционно, дальше планов ничего не продвинулось
annaabrosimova
+1
31 марта 2015 г. 12:12
Эна, я, после Вашего рассказа, загорелась желанием съездить в Александров и обязательно побывать в этом музее. Это музей русских судеб перемолотых политической системой. Это музей связанный с Цветаевыми. Еще раз, большое спасибо за Ваш рассказ!
Ena
+1
31 марта 2015 г. 13:12
Анна, съездите обязательно - весной или летом. В Александрове есть еще, что посмотреть (я продолжу рассказ о городе в ближайшее время). И очень бы хотелось узнать о Ваших впечатления - и от города, и от музея.
annaabrosimova
+1
31 марта 2015 г. 13:33
Эна, я очень постараюсь побывать этим летом в Александрове!
Arkhip251166
+1
29 марта 2015 г. 4:35
!!!
Запись с ответом была удалена.
kvesisskaya
+2
31 марта 2015 г. 13:39
Спасибо, Эна, за великолепный рассказ о культурных достопримечательностях Александрова! Проникновенно, искренне и интересно рассказали о жизни сестёр Цветаевых, связанной с этим удивительным городом, и о многом другом. Бесподобная публикация! Буду возвращаться к ней и перечитывать. Как хорошо, что есть такие неравнодушные, как Вы, люди, уважающие историю малых городов.
Ena
+1
31 марта 2015 г. 16:59
kvesisskaya, пожалуйста! И Вам спасибо за внимание, добрые слова, приятно, что Вам понравилось О городе, который нравится, который интересен - всегда хочется рассказывать, вкладывая в каждую строчку душу.
kvesisskaya писала 31 марта 2015 г. 13:39
Как хорошо, что есть такие неравнодушные, как Вы, люди, уважающие историю малых городов.
Вот за эти слова - отдельное и горячее спасибо! Приятно и отрадно, что людям интересны такие рассказы, о местах малопопулярных, не слишком раскрученных и красивых, но зато - родных.
kvesisskaya
+1
1 апреля 2015 г. 22:12
Evrostroy97
+1
22 февраля 21:26
Спасибо за очень интересный рассказ о сестрах Цветаевых,много читала о них и раньше,это и "Воспоминания о Марине Цветаевой" (вспоминают о ней около тридцати человек лично ее знавших начиная с одноклассников и до Лидии Чуковской,последней видевшей поэтессу за два дня до трагической гибели той),книги Ирмы Кудровой ,Иосифа Бродского о Марине Цветаевой -отличные.Eсть воспоминания и Георгия Эфрона ,никак не прочитаю,погиб в 44,немного читала о его ташкентском жизни ,пересечении там с Ахматовой...Есть фильм с воспоминаниями Анастасии Цветаевой"Мн

е 90,ещё легка походка...",послушать только голос ,интонацию,,обороты речи дворянки,аристократки дорогого стоит...(P.S.на фото Вы ошиблись:слева сидит Марина ,за ней ее муж Эфрон,на руках у неё сын Анастасии,соответственно справа склонилась к Арианде Анастасия и за ней её муж)
Ena
+1
24 февраля 13:19
Evrostroy97, всегда пожалуйста, очень приятно, что вам понравилось! Для меня в тот период тема Цветаевых была особенно близка (хотя не оставляет и сейчас), даже поездка в Александров была немного тематической - в ней посещение музея стояло едва ли не первоочередной целью. До этого я была знакома лишь с поэзией Марины, о личной жизни были лишь небольшие сведения, посему посещение музея, тем более, что экспозиция была посвящена и Анастасии, было очень интересным. Поразила судьба Аси, да и вообще история этого семейства весьма трагична. Спасибо за ссылки на работы-воспоминания, за уточнения. Я после поездки той прочла книжечку С. Эфрона "Детство" - очень трогательно. А вот до "Повести о Сонечке" все руки не доходят...
Войдите, чтобы оставить свой комментарий.